По-моему, ты куда интереснее вот так
– с ежиком.
Элен провела рукой по своим коротким клочковатым волосам."
"– Я их отращиваю, – угрюмо проговорила она. – Эти чертовы парикмахеры на Ямайке не умеют пользоваться красителями, и когда мне сделали здесь химию, все волосы оказались испорченными. Ну ладно, Нили, отдай же парик!
Внезапно рванувшись с места, Нили бросилась к кабинкам. Элен метнулась было за ней, но Нили оказалась куда проворнее. Заскочив в кабину, она заперла за собой дверку. В ту же секунду они услышали шум спускаемой из бачка воды.
– Эй, какого черта ты там делаешь?! – вскрикнула Элен. Она повернулась к Анне. – Господи, она спускает его в унитаз. Я убью эту стерву!
Элен продолжала выкрикивать проклятья, в то время как Анна и служительница пытались урезонить Нили. В ответ до них доносился лишь постоянный шум вновь и вновь сливаемой воды. Элен заколотила в дверку кулаками, но Нили только расхохоталась в ответ и опять спустила воду.
На этот раз послышалось какое-то странное бульканье, затем всплеск и шум льющейся по полу воды.
Она хлынула из-под дверки и стала растекаться по полу.
Дверь распахнулась, и из кабинки на цыпочках, осторожно ступая, вышла Нили, истерически хохоча.
– О-о-о… черт возьми… – заходилась она. – Эта дрянь даже в очко не проходит.
Служительница осторожно извлекла намокшую бесформенную массу и приподняла ее – парик походил на утонувшее животное.
– Он пропал! – завопила Элен. – Что мне теперь делать? – Она повернулась к Анне, лицо ее было залито слезами.
– Как я теперь выйду отсюда?
Анна, лишившись дара речи, смотрела на нее во все глаза, а вода тем временем растекалась по всему полу.
– Мисс О’Хара, вы поступили нехорошо. Вы, должно быть, засорили канализацию. Нили рассмеялась.
– Пришлите мне счет. За такое и заплатить не жалко. – Достав из сумочки кошелек, она порылась в нем и извлекла пятидолларовую бумажку. – А это вам,
– сказала она, – у вас самая лучшая уборная в Нью-Йорке. – Она повернулась к Анне.
– Пошли отсюда, не будем мешать лысенькой старушке оплакивать свое горе. Надеюсь, твой гомик не замерзнет там в одиночестве, – сладким голоском сказала она Элен.
Анна вышла за нею следом. Закрыв за собой дверь, она сказала:
– Нили, ты поступила нечестно.
– «Нечестно»? Да ее убить мало.
– Но так же нельзя. Ведь она теперь не сможет выйти оттуда, пока все не уйдут из клуба.
– О’кей, вот пусть и посидит всю ночь. А завтра купит себе новый парик.
