А что имеет она? Студия вычитает с нее тысячу в неделю в счет погашения ссуды за дом, а еще оплата поверенного, личной служанки, секретаря, подоходный налог… Боже! Она не может отложить ни цента. Ну что ж, через три года она рассчитается за дом. Она отхлебнула виски прямо из бутылки. Ее начинала охватывать блаженная эйфория. Когда за все будет выплачено, все будет хорошо…"
"Хорошо?! Пресвятой боже! А Тэд в эту минуту «употребляет» какую-то девицу в ее бассейне! Словно пружиной, Нили сбросило с кровати. Она захмелела, голова у нее налилась тяжестью, но она просто обязана была взять и вышвырнуть эту девку вон из своего бассейна.
Цепляясь за перила, она, пошатываясь, спустилась по лестнице. Нащупав в темноте выключатель, она торжествующе повернула его, и весь бассейн залило ярким светом.
Тэд и девушка торопливо вылезали из воды, когда она, еле держась на ногах, выступила вперед с бутылкой виски в руке.
– Ну что, ребятки, развлекаетесь? – пронзительно крикнула она. – Трахаетесь в моем бассейне? Не забудьте спустить после этого воду.
Не забудь, Тэд, это твои дети плещутся в нем каждое утро.
Девушка, дрожа от ужаса, спряталась за спину Тэда. Перевернув бутылку вниз горлышком, Нили, не спеша, вылила виски в воду, стряхнув даже капли.
– Может, это хоть немного продезинфицирует воду, – ухмыляясь, съязвила она. Затем смерила Тэда презрительным взглядом. – Теперь, значит, подыскал себе потаскушку женского пола… вместо мальчика. Митчел опять, поди, станет втолковывать мне, что тебе необходимо и это тоже!
Тэд стоял прямо и молчал, отведя руки назад и закрывая ими трясущуюся от страха девушку.
Этот защищающий жест окончательно взбесил Нили.
– Кого ты загораживаешь?! Шлюху, которая испоганила мой бассейн? Заруби себе на носу, дорогуша, ты для него ровным счетом ничего не значишь. Обычно для подобных развлечений он предпочитает мальчиков. А может, в этом-то все и дело… может, у тебя титяшек нет… или, может, ты у нас лесбияночка?!
Девушка оторвалась от Тэда и бросилась в кабинку для переодевания.
Тэд стоял, исполненный спокойствия. Несмотря на наготу, во всем его облике было какое-то отчаянное горделивое достоинство. На мгновение ей захотелось броситься к нему, попросить у него прощения, сказать, что она любит его. Он стоял такой высокий и загорелый… Но нельзя же допустить, чтобы он так легко отделался.
– Ну что, гомик, давай оправдывайся!
– Тебе, по-моему, нужны очки. – Он чуть улыбнулся. – Я бы не сказал, что у нее мальчишеская фигура. Нили скривилась.
