Стоящий на сцене режиссер обернулся и посмотрел на него сверх вниз.
– Где случилось? – невинно спросил он.
– Послушай, Лерой! – взвыл «енот». – Не думай, что сможешь одурачить меня своим невинным девичьим личиком. Уж кому-кому, а мне эти фокусы известны. Элен боится Тэрри. Да только на этот раз Тэрри кое в чем немножко повезло. У нее самая длинная песня в спектакле. Ты не убедишь меня, что эти ребята-либреттисты дадут Элен выбрасывать из спектакля свои лучшие песни.
– Позвони им, – предложил ему Лерой.
– Уже звонил.
У них совещание с Гидом Кейсом. И потом, ты что, хочешь сказать, будто Кейс готов платить Тэрри четыре сотни в неделю всего за две реплики и половину ритмического номера?
– Если она захочет остаться и исполнять это, то думаю, ему придется платить.
– А-а, так вот оно в чем дело. Уловка, чтобы избежать санкций профсоюза «Эквити». Вам хотелось бы, чтобы она добровольно, сама ушла из спектакля. Тогда вы поставили бы на ее место кого-то другого за гроши. А вот если вы уволите Тэрри, тогда вам придется платить ей до июня будущего года плюс гонорар той, кто ее заменит.
– Никто не собирается увольнять Тэрри Кинг.
– Вам это не по карману. Вот вы и пытаетесь выжить ее.
Режиссер сел на край сцены и подчеркнуто терпеливым, наставническим тоном пояснил:"
"– Никто не пытается вынудить Тэрри уйти. Мы сейчас думаем не о конкретных личностях. Мы рассматриваем спектакль в целом. Ты же, как ее поверенный, думаешь об интересах своего клиента. Я не виню тебя, Эл, это твоя работа.
А моя работа – думать о постановке. Спектакль слишком затянут. Я сокращаю его в тех местах, где считает нужным Гил Кейс, либреттисты и все мы, невзирая на то, кого это затрагивает лично.
«Енот» швырнул сигарету прямо на толстый ковер.
– Не втирай-ка мне очки! Ты выполняешь приказы, полученные Кейсом от Элен Лоусон. У него нет выбора, он вынужден защищать интересы этой Железнобокой Старушки [25]. Ведь ей с ее скрипучим металлическим голосом и впрямь требуется защита от хорошей певицы.
– Не будем сейчас переходить на личности, – отрубил Лерой.
– А почему? И ты, и я, мы оба прекрасно знаем, что она устарела и выглядит старомодно. Если бы эта старая перечница начинала сейчас, ей бы ни за что не пройти даже первого прослушивания…
– По-моему, нам пора прекратить все это! – раздался из темноты зычный голос Генри.
Поверенный Тэрри быстро обернулся.
– Я не видел вас, мистер Бэллами. Привет. Послушайте, лично против вас я ничего не имею.
