– Но это же полнейшее безумие! – Гил Кейс в отчаянии воздел руки к потолку. – Только полюбуйтесь: сидим здесь, словно у смертного одра, а ведь у нас .в руках крупнейший хит предстоящего сезона.
– Можешь поклясться своей задницей, что это хит! – зарычала на него Элен,
– Любое шоу, которое я делаю, всегда становится хитом. Оно сделает тебя, Гил, богатым человеком. Заключишь крупные контракты с кинокомпаниями, и я еще буду сидеть в зрительном зале и смотреть, как мою роль исполняют на экране Бетти Грэйбл или Рита Хэйуорт.
О’кей, договорились. Но я не намерена сидеть сложа руки и спокойно смотреть, как благодаря моим усилиям пропуск в Голливуд получает какая-нибудь потаскушка вроде Тэрри Кинг.
– Элен, газеты о ней едва упоминают.
– Да, как бы не так! В одной статье вон уже пишут, что перед нею открывается прямая дорога в кино. И что у нее лучшая песня во всем шоу.
– Элен, мы ведь уже обсудили это, – вступил в разговор Генри. – Нет никакой возможности переписать эту песню для твоей роли. Парни корпели две ночи напролет, пытаясь переделать ее, но это песня для инженю.
– И про Дженифер Норт тоже пишут, что перед нею прямая дорога на экран, – добавил Гил.
– Дженифер Норт не поет!
– Элен, но ведь Тэрри Кинг не в состоянии повредить тебе, – взмолился Генри.
– Можешь поклясться своей задницей, что не в состоянии! Ей просто не отколется такая возможность. Это шоу – мое, я не добренький рождественский Санта Клаус. Единственной звездой в шоу Лоусон может быть только сама Лоусон.
– Но эта девушка здесь очень хороша, – стоял на своем Гил.
– Две песни, которые она поет, на руку всему шоу в целом. А что хорошо для шоу, хорошо и для тебя. Ты ведь сама сказала, что это твое шоу.
– Ну что ж, раз она настолько хороша, валяй, делай ее звездой своего следующего шоу. Интересно, сколько отстегнули бы твои спонсоры, если бы в главной роли была она?
Генри встал.
– Элен, ты слишком крупная величина для этого. Девушка никак не может повредить тебе, и она заслуживает того, чтобы дать ей шанс.
Тебе ведь тоже когда-то приходилось начинать. Помнишь свое первое представление? Предположим, Нэнси Шоу настояла бы тогда, чтобы тебя выкинули вон в Нью-Хейвене. Где бы ты была сегодня?
– А где, черт возьми, сегодня Нэнси Шоу?! – рявкнула Элен. – Послушай, Генри, ей было уже под сорок, когда появилась я. Будь она чуть похитрей, она бы избавилась от меня. Но она же всегда задирала нос; она была красавицей, а все эти великие красавицы вечно задирают нос.
