— Просто представь, что бы он с тобой сделал, если бы ему удалось тебя утащить с моего поля зрения.
— Не хочу представлять, — заныла я, потому что страшно стало.
— А что хочешь? — горько улыбнулся сатир.
— Хочу, чтобы блины не разваливались, когда я их переворачиваю…
***
— О чём думаешь, Солнышко? — Алехандро выловил мои пальцы и поцеловал.
Было невероятно приятно. Просто невообразимо сладкие разряды будоражили всё тело от такой нежности.
Я не смотрела на Санчеса. Молча улыбалась и рассматривала, как снегоуборочная техника парится на дорогах города.
Снег продолжал валить, и по радио объявили, что выпала месячная норма осадков. Но нам было очень нужно попасть к ребёнку на день рождение, поэтому мы стояли два часа в пробках и медленно продвигались ближе к моему району. Там дорога станет свободной, потому что редко кто ездит к элитному посёлку. Да и у элитного посёлка своя техника, которая наверняка уже почистила проезд.
Город напоминал сказку. До Нового года ещё месяц, а улицы украшены гирляндами, стояли ёлки, и каждый магазин словно на конкурсе красоты новогодних игрушек.
..
Есть такой конкурс? Нет? Надо объявить.
Ведь так красивы витрины и вывески в бесчисленных переливающихся снежинках и разноцветных лампочках, сияющих фигурках оленей и снеговиков. И молодёжь в городе уже достала красные колпачки, и мелькали то там, то здесь смешные гномы. Настроение предпраздничное. И погода поддакивала всеобщему настроению, дополняла предновогоднюю атмосферу мохнатым снегом, что укрыл ковром весь город.
— Эмили, — канючил Санчес. — Пожалуйста, не вынуждай повернуть.
— Ты знаешь, почему брак назвали браком? — загадочно спросила я.
— Прочему? — улыбался мне любящий муж.
— Потому что мы стали бракованными для других людей. Ненужные и некачественные для мужчин и женщин. Вроде как только друг другу интересны.
— Ничего не бойся, моя девочка, — печально улыбнулся он. — Если будут неприятности, мы сразу уедем. Но их, скорее всего, не будет.
Я ведь теперь бракованный.
Мы рассмеялись, сплетая наши пальцы.
Действительно, дорога стала свободнее, когда мы проехали мимо моего района, где осталась одинокой моя квартира.
— В мансарде моего дома мастерские художников. Ты должен сходить со мной на экскурсию."
"— Сходим, — кивнул Санчес. — Закажу портрет любимой девушки.
Я улыбнулась.
Если попробовать сообразить, насколько он сильная личность и как отважно боролся за меня, то прибавятся силы духа.