Не знаю, как далеко ушла покалеченная Окатария, но догоню.
— Хорошо, постарайся не злиться. Не думай о леди Зижар, — вклинился в мои мысли Феликс. — Сейчас нам надо обогнать твою противницу и успеть прийти первыми на финиш. После того, как она тебя ударила, прошло не больше пятнадцати минут. У нас все еще есть шанс.
— Придем, — мрачно пообещала ему. — Мы будем первыми, даже не сомневайся.
Я нагнала Окатарию практически у самого финиша. У огромных ворот, за которыми уже маячили преподаватели и лекари.
Меня девушка не ожидала увидеть. А вот зря!
Я может порой слишком жалостливая дура, но зато я никогда не буду чувствовать себя тварью, которая опускается до подлых методов. А мои друзья всегда смогут на меня рассчитывать. По мне оставаться человечным куда важнее всего остального.
Может поэтому у них женщины и дети мрут, что общество насквозь прогнило?
Огромного труда обогнать леди Зижар не составило. Хотя голова пульсировала болью, а кровь продолжала сочиться, заливая правый глаз.
Была у меня мыслишка отдубасить Окатарию палкой, была… Но я решила до ее уровня не опускаться. Жизнь девушку и так накажет. В академии ей больше не учиться, и кем она там станет в будущем, уже явно не моя печаль. Туда ей и дорога.
Я ускорилась, понимая, что у оппонента второе дыхание открылось, и она пытается меня догнать. А вот флаг ей в руки, барабан на шею!
Ворота я прошла первой, и первой оказалась у леди Руданы.
Сигнал, о завершении дуэли, оглушил. Он был чересчур громким, протяжным.
Да еще потом зрители начали кричать. Хотелось закрыть уши руками, а еще лучше спрятаться от всех. Я еще различила голос ректора среди этого гула, но вот слов, которые он говорил, разобрать не могла.
Я устала. Сильно. А еще я была разочарована. Всегда обидно, когда твои лучшие порывы, втаптывают в грязь. Но еще больше досадно от того, что молодая девчонка вместо того, чтобы учится чему-то хорошему, с удовольствием идет на подлость.
Я еще на Аэлью ругалась, да по сравнению с Окатарией, Аэлья милый цветочек.
Очень избалованный цветочек. Я ощущала себя лишней в этом мире и не могла отделаться от этого чувства.
Мне бы хоть немного порадоваться тому, что я выиграла, ответно улыбнуться леди Рудане, которая чего-то мне говорила, а заодно залечивала мою рану на голове. Она вообще умудрилась меня куда-то уволочь в сторонку. Мы вроде и на полигоне, но при этом скрыты от любопытных глаз.
А я стою и не слышу ничего, мне горько.
