Дмитрий
Олеся прибирала тарелки после ужина, сетовав на наш отказ от вишнёвого пирога. Никита, весёлый и довольный жизнью восседал в инвалидной коляске, на которой передвигался по дома, с загипсованными ногами и рукой. Выписали его неделю как, чему тот до сих пор необычайно рад. Олеся окончательно вернулась домой, затеяв ремонт в будущей детской.
— У меня к одному из вас большая просьба, — начал нерешительно Ник. — Леськи, в больницу на следующей неделе. А я, сами понимаете.
— Я отвезу, без проблем, — делал это уже не один раз, пока друг лежал в больнице.
— Как у вас… — спросил Ромка, когда Олеся оставила нас наедине.
— Если скажу, все отлично, совру. — усмехнулся Ник. — Но мы работаем над этим. Когда говорили, что в браке нужна работа над отношениями, не уточняли что она такая тяжёлая. А знаете, сколько тараканов у женщин в голове…
— Догадываюсь
— Знаю, — уверенно ответил, вспомнив своих любимых тараканов.
— Как там твоя чивава, — почти деликатно поинтересовался Никита, Ромка закатил глаза.
— Почти как настоящая, в несколько тысяч километров. — как можно беззаботнее ответил. — Не берите в голову мужики, было и было. Прошло.
— Да мы б не брали, только тебе теперь везде рыжие мерещатся.
— Рыжие, — удивился Ник.
— Лиса рыжая, ты не в куре.
— Ну, так-то догадывался, ещё по детским сказкам. Лисички, белочки рыжие, медведи бурые, волки серые, зайки белые, — мы с Ромычем заржали. — ежи колючие, какого вы ржете-то.
— Никитушка, его Лисичка рыжая, — Ромкам ткнул в меня пальцем.
— у неё рыжие волосы. Понимаешь. И этому остолопку теперь везде рыжие мерещатся.
— Никита, мы поняли, в детских сказках ты отлично подкован.
Большое, двенадцатиэтажное здание, с красивейшей вывеской «Центр акушерства и гинекологии», встречал нас не первый раз, как и отсутствием парковочных мест. Материться при беременной не этично, я напряжённо молчал. Вопрос, почему при таком громадном спросе, у них была такая мизерная парковка, возникал у меня, который раз, пока написал по ней круги.
Наконец мы оказались в здании, Олеся по обычаю, упорхнула по кабинетам, я, взяв стаканчик кофе, сидел в фойе, разглядывая колоритные парочки. Удивляясь насколько разное отношение у разных мужчин к своим беременным жёнам. Интересно, каким мог быть я.
Как-то с мужиками мы рассуждали, какими будем отцами. Ромка мечтал уже о взрослом сыне, чтобы ходить с ним по клубам. Никитос, своего мечтал водить на стрельбище.
