И как мы добрались до замка, и как попали в огромные апартаменты, и как горничная стягивала с меня мокрую одежду и укутывала в простыню, а потом нахмуренный Арс нес меня в огромную ванну, больше напоминающую бассейн, и опускал в воду. Слезы закончились в тот момент, как я осознала, что сижу в горячей воде, упираясь спиной во что-то твердое. Как оказалось, Арс усадил меня перед собой, прижимая одной рукой к каменной груди. К счастью простыня, в которую я была закутана, держалась крепко, но я все равно поддернула вверх ее край и со всхлипом огляделась.
Шикарная ванная комната, выложенная мелкой голубой плиткой. Большой, чтобы легко уместился даже горгул, овальный бассейн, душ, за цветной витражной перегородкой белый унитаз и умывальник. Все крепкое, надежное, основательное, сразу видно, что рассчитано на каменное тело. Это он меня в свои апартаменты принес? Наглец...
Я так увлеклась разглядыванием помещения, что вздрогнула, когда услышала громогласное:
– Муау!
По широкому бортику бассейна бегал и орал дурниной Василий:
– Нуа куого тыу менюа поукинуулау, дуурыунда!
– Мне кажется, или он ругается? – спросила у Арса.
– Он тоже испугался.
– Тоже?
Арс долго молчал, а я потихоньку приходила в себя, а как пришла, сразу же пожалела, что не утонула. Ох, стыдоба какая... Ну и чего расклеилась? Впервые, что ли, попадать в неприятности? Да я аварию пережила, харассмент, завтрак с любовницей Динэна, а тут такая полномасштабная истерика! Стыдно-то как... Решит еще, что я истеричка, а еще хуже, если подумает, что я специально так себя вела, чтобы привлечь внимание.
Ужас!
– Арс, извини. Я не плакала лет пять... А тут все навалилось. И с работой, и с...
– Расскажешь?
Да ладно! Я даже психологу все рассказать не могу, а тут чужой человек, да еще и работодатель.
– ...в общем, деньги мне вернули, но если бы не Васькино предложение, то была бы я сейчас безработная, – закончила я через полчаса и, закинув голову, посмотрела на горгула. – И чего ты ржешь?
Арс еще пару секунд попытался сохранить серьезное лицо, а потом все же не выдержал и громогласно расхохотался.
Эхо его смеха рикошетом отлетало от стен, усиливая звук. Казалось, что в ванной комнате смеется не один каменный горгул, а как минимум три.
– Ты опасная женщина, Анна. – Он встал, легко держа меня на руках, и шагнул из бассейна. – Никогда не буду тебя обижать.
– Праувинуо, – протяжно промурлыкал Василий. – Этуо моуа жеунщиунуа.
