— Не могу пока сказать. Но все наладится.
— Я могу с ним поговорить? — набираю номер отца, но мне сообщают, что абонент отключен.
— Там, где он, перебои со связью. Просто будь послушной девочкой. Очень поможешь, — качает головой Вадим.
— Где он? — подаюсь вперед. — Его арестовали?
Вадим кивает.
— Это серьезно?
Волнение нарастает."
"— Если пойдет на уступки, то нет. Не переживай, все наладится.
Немного успокаиваюсь. Если Довлатов сказал, что все наладится, значит, так оно и будет.
Я ему верю.
Дома Надежды уже нет, она с кучей охраны уехала за город.
Непривычно тихо и пусто. Собираю вещи, просто закидывая в сумку, что попадается на глаза.
Я могу спросить у Вадима, почему мне нельзя поехать с Надей или почему я не могу остаться дома с охраной, или потребовать отвезти меня в городскую квартиру. Но я ничего не спрашиваю, потому что, несмотря на то, что он гад, я хочу в его квартиру и хочу провести это время с ним.
Возможно, через полтора месяца я покину эту страну. И, возможно, не вернусь, чтобы больше никогда не видеть Вадима и не травить себе душу.
Снова звоню отцу, но его телефон по-прежнему отключён. Чудодейственный укол отпускает, меня опять накрывает слабостью. Сажусь в кресло, поджимая ноги, обнимаю мягкого длинного кота, который всегда лежит в моем кресле для красоты, и прикрываю глаза.
Не замечаю, как засыпаю. Просыпаюсь, оттого что кто-то касается моего лица. Открываю глаза и вижу, как Довлатов одёргивает руку. Смотрим друг другу в глаза.
— Тебе мешали волосы, — поясняет он.
— Собралась?
Киваю. Я еще сонная и ничего не соображаю.
— Поехали, мелкая.
О, вот теперь просыпаюсь!
Опять я мелкая у него!
Но спорить сил нет.
Вадим берет сумку и выходит из комнаты. Я за ним, прихватывая мягкого кота.
Едем тоже молча, я дремлю по дороге. Открываю глаза, только когда Довлатов останавливается возле аптеки и выходит. Снова закрываю. Опять открываю, когда он возвращается. Машина трогается.
Снова открываю глаза, когда чувствую, как машина останавливается.
— Лиз, что ты хочешь?
— В каком смысле? — не понимаю я.
— Здесь пекарня и кондитерская. Чем тебя порадовать?
Невольно улыбаюсь, но быстро сжимаю губы, пряча улыбку от Вадима.
— Хочу пирог с курицей и грибами. И булочки с творожным кремом. Такие, знаешь, с глазурью наверху.
— Хорошо, — кивает Вадим, тоже улыбаясь.
Уходит. Прикрываю глаза. Сквозь дрему чувствую, как он садится в машину, как она трогается и как салон наполняется ароматом свежей выпечки.
Засыпаю.
