Пришлось сцепить зубы и ткнуть в сторону беседки:
– Занимайте свое место. Сейчас начнем.
Джамбо отошел в сторону рядов стульев, где расположились приглашенные на мероприятия гости, родственники участниц и лорды из совета. Максимельян, как тот бычок на доске, побрел, вздыхая на ходу, к точке встречи. Ну а мы с Линкой засели в кустах рядом, чтобы контролировать время и раздавать баллы. Такое мини-жюри!
И вот музыканты заиграли нечто торжественно-романтичное, как я и просила, из-за поворота показался Василий с леди Дигль на горбу, лениво прошел четыре метра, замер, опустил голову, принюхался и… начал жрать!
Жрать гравий, покрывающий дорожку!!!
– Василий, скотина! Ты что творишь! – заорала я, высовываясь из своего убежища.
– Немедленно плюнь каку и топай дальше!"
"Единорог посмотрел на меня виноватыми глазенками и продолжил с аппетитом хрустеть коричневыми кругляшками гравия, словно Паша Воля сухариками.
– Ну все… – весьма многообещающе заявила я, выбираясь из кустов.
Но ни это, ни мои угрозы пустить чью-то шкуру на коврик, ни даже попытка леди Дигль свалиться, не испортили Василию аппетит.
– Это что за выкрутасы?! Тебя же покормили час назад!
Конь мой, увы, не совсем верный, грустно вздохнул, давая понять, что кормили его не просто час назад, а ЦЕЛЫЙ час назад!
– Ты еще скажи, что молодой и растущий организм, который я припахала к общественному труду.
Василий фыркнул, подтверждая вышеозвученную мысль, опустил голову пониже и начал всасывать гравий на манер пылесоса.
В итоге пришлось одной госпоже свахе хватать легендарное для местных аборигенов существо за самое ценное (я про рог! а вы что подумали?) и тащить упирающееся животное вперед. И все это под откровенно злорадствующим взглядом Макса и шепотки публики. Но если до публики мне было как-то индифферентно, то в короля захотелось метнуть что-то большое, тяжелое и желательно острое. Бросить и прибить на фиг!
– Леди Тая Дигль! – зычно объявил слуга с дикцией Левитана.
Подоспевшие слуги сняли леди с Василия.
Тая Дигль поправила темно-бордовое платье, оскалилась в сторону беседки и… пошла к избраннику.
Максимельян как-то весь напрягся и настороженно наблюдал за приближением леди. Гости притихли, музыканты сбились и прекратили играть. В образовавшейся тишине был слышен только тихий стук, это Василий, потрясенный проходкой леди не меньше остальных, открыл от удивления пасть, и оттуда на дорожку посыпались камушки гравия.
Просто леди Дигль не только шла.
