Разбирайтесь: кто, когда, почему... — поморщилась. — Но я ухожу. Сегодня вы «случайно» обстреливаете мантикору, завтра в неё «случайно» прилетает нож. Рисковать своим другом я не собираюсь. Благодарю за гостеприимство. Останавливать портал я вернусь, не беспокойтесь. Прощайте! — твёрдо сказала я и решительно повернулась к двери.
Передо мной выросла до боли знакомая мужская фигура.
Таор.
— Князь, — сдержанно склонила голову я, обходя его.
Но он не пропустил.
— Разрешите пройти!
«Как со стеной разговаривать».
— Старейшина! — воскликнула я, оборачиваясь в поисках поддержки старшего.
Но в его глазах поддержки не было. Напротив, нехороший, очень нехороший взгляд, подтверждающий все мои опасения.
— Вы с ума сошли?! — возмутилась я. — Вы не имеете права удерживать меня!
— Это территория Волков, миса Катерина. Вы же понимаете, — настойчиво произнёс Грер.
— Не понимаю! — отрезала я и отвернулась.
— До Золотого города на мантикоре лететь долго и опасно, — произнёс уже ненавистный мне голос старейшины.
— Переждите ночь. Утром будет яснее.
Стиснула зубы.
«Мне надоело это слушать».
— Знаете, старейшина... Если я хочу улететь сейчас, то улечу сейчас. Риски я на себя приму, не маленькая. И вам — не нужно меня опекать. Таор, пожалуйста, отойди!
Я предупреждающе подняла руку.
— Не хочу делать тебе больно! Отойди. Повторяю, я должна улететь, — я старалась говорить твёрдо. Но Таор заговорил и в его голосе прозвучала усмешка.
— Не хочешь делать мне больно? Забавно, — губы воина улыбались. — И каким же образом ты можешь причинить мне боль, юный Скорпион?
Он с интересом склонил голову на бок, свысока взирая на меня.
«Чёртов Волк, сам напросился!»
Никогда не приходилось всерьёз бить мужчину, но время пришло. Он стоял прямо передо мной. И я, сжав зубы, быстро выбросила ногу вперёд, целясь мужчине в пах. Будет больно, но это не смертельно.
И промахнулась.
Волк мгновенно повернулся боком мне навстречу, ловко уворачиваясь от удара, а в следующую секунду я уже сама не поняла, как он развернул меня к себе спиной и надёжно сжал за шею.
— Знаешь запрещённые удары, умница, — с заметным удовольствием прошептал он мне на ухо. — Но, всё не так просто, скорпиончик. Ш-ш-ш, не сопротивляйся, — он заметил мои попытки освободиться. — Это я не хочу причинить тебе боль.
Старейшина встал передо мной сокрушенно качая головой.
— Очень жаль, миса Катерина. У нас так всё хорошо складывалось... Мы не можем отпустить вас. Не отпустим.
— Почему...? — едва шепнула.
