Не буду сдерживаться».
На дорожку передо мной прыгнула маленькая коричневая мухоловка. Я остановилась как вкопанная. Она смотрит на меня круглым глазом.
— Надеюсь, что ты жив, Наяр... — тихо сказала птице. — Хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. Я буду помнить тебя. И буду скучать.
А птичка покосилась на меня, чирикнула и улетела. Я прикусила губу и... пошла дальше.
— Кора!
***
Дракон прилетел через час после меня. Солнце уже почти село и небо постепенно захватывала грозная сизая туча. Я сидела, зябко кутаясь в плащ, когда высокая фигура ловко прыгнула на камень, выпрямляясь рядом со мной.
— Простудишься, крошка, — озабоченно хмуря брови, заметил Дракон, одновременно окидывая взглядом горизонт.
На Чёрном море уже заметно похолодало: осень захватывала землю и с ней пришли пронизывающие насквозь ветра.
— Переживу, — буркнула, обхватывая колени руками, в ближайшее время явно не собираясь покидать Чёрный палец. Щелчок: и меня окутал теплом новый, подбитый мехом плащ. И снизу.
«Это что, подушка?»
— Как бой? — спросила я, благодарно пряча лицо в густой белый мех.
— Я — был и остаюсь сильнейшим, — напомнил Регненсес. — Почему ты ушла?
— Потому что я не игрушка, которая достаётся победителю, — обиженно произнесла я, предпочитая умолчать об остальном.
— Да, ты не игрушка... — согласился Дракон. — Я не сразу понял это. Ты — самое опасное создание Хаоса из тех, что появлялись в моём мире.
— Правда? — я польщённо заулыбалась.
— Правда, — серьёзно сказал он. — Поэтому мы должны быть вместе: назвать тебя своей спутницей может только король.
Я сделаю, что должен. И не позволю другому.
Мы смотрели в одну сторону: на останки замка Скорпионов.
— Ты же знаешь, что для нас нет ничего важнее родового долга, — твёрдо продолжил он.
Улыбка сползла с моих губ. Сбывались мои худшие опасения: очередной мужчина говорил мне про свой родовой долг. «Как же я это ненавижу... В принципе, чего я ещё хотела от короля? Нет, только никаких слёз!» Я посильнее прикусила губу.
— Драконы должны делать то, что принесёт пользу нам и королевству в долгосрочной перспективе.
Порядок требует этого. Он — незыблемый закон, которому я полностью подчиняюсь, — неумолимо продолжил Регненсес.
Его слова больно отдавались мне. Очередная волна ударилась о камень и её ледяные брызги долетели до нас.
— Замолчи! Не хочу это слушать! Это не те слова! — срываясь, выкрикнула я в волну.
— Ты согласишься быть со мной по долгу Порядка? Чтобы сохранить равновесие?
— Нет! Никогда! — резко крикнула я.
