Некоторые поворачивались в мою сторону, смотрели оценивающе, будто решали, стоит ли возлагать надежды на «опасную штучку Дейрон». Другие кадеты подбирались ближе к князю, собираясь представиться: мало ли, вдруг близкое знакомство с его сиятельством сыграет на руку при распределении в конце года.
Но князь Лэггер, стоящий поодаль, у противоположного края арены, оказался занят беседой. Рядом с ним, склонив голову, застыла бледная Веела. Она выглядела виноватой и грустной, а князь что-то говорил и говорил ей, наклонившись к самому уху.
Веела же отвечала коротко и немногословно. Лишь раз она подняла лицо и поглядела на князя с чувством, которое я никак не могла определить… Так смотрят на людей, мнение которых важно. Когда не хотят их разочаровать.
В конце концов князь замолчал и положил ладонь на плечо Фиалке, подбадривая ее.
— Чего это он там льет ей в уши? — пробормотал Ронан.
Веела, спотыкаясь, добралась до нас. Щеки ее горели.
— Что-то случилось? — спросила я.
— Ты его знаешь?
— Да, — сказала она, не глядя на меня. — Князь Лэггер… Он… старый друг моих родителей.
Ах да, Веела ведь у нас происходит из древнего аристократического рода. Почему-то эта информация начисто стерлась из памяти. Конечно, он ее знает. Наверное, интересовался, как идет учеба, давал наставления. Может, пожурил за то, что дочь благородных родителей не оказалась в числе лучших.
— Ругал? — участливо спросил Ронан.
— Передал привет от отца…
На бедной Вееле не было лица, и мы решили не мучить ее расспросами.
__________________________________________
Дорогие читатели, я очень рада, что вы со мной во второй книге! Спасибо за поддержку и комментарии!
Глава 4
Первый турнирный день закончился. Эфоры построили свои группы, чтобы отвести в жилое крыло: еще далеко не все кадеты видели дороги Академии, однако с каждым днем кадетов с первой манифестацией дара становилось все больше. У нас в группе сдали зачет Меррит и Медея, но, пока мы все не сможем уверенно передвигаться по Тирн-а-Тор, командиры так и станут водить нас чуть ли не за ручку на занятия и обратно.
Вымотанные поединками и уставшие от эмоций одногруппники разошлись по комнатам, и, хотя мы все увидимся с утра, перед вторым зачетным днем, Веела, прежде чем закрыть дверь, прошептала:
— Удачи завтра, Аля. Удачи, Рон.
— И тебе, Вель."
"Эйсхард, сложив руки на груди, ждал, пока коридор опустеет.
