— Выпьем Анастасия Евгеньевна?
— Ого, да у тебя здесь целый бар… — с вида обычный комод превращается в кладезь элитных напитков, когда Марк распахивает фальшь-створку, задекорированную под узкие ящички. — Но я бы хотела воды.
— Точно?
— Да, просто утолить жажду.
По лицу адвоката я замечаю некий провал. Марку не удалось задобрить меня игристым, следовательно, его миссия усложняется.
— Как скажешь, — медленно закрывает дверцу. Вновь задерживается на мне взглядом, пару секунд молчит, подбирая слова. — Даже обычная вода пьянить меня будет в твоей компании.
— Ой, Марк Яковлевич, не нужно лести.
Ловлю себя на том, что вновь поддаюсь дьявольскому обаянию Лютольфа. Марк еле приподнимает уголки губ, зато я сияю разнузданным блаженством на физиономии. А в голове у меня бродят такие невероятные мысли, что даже мое подсознание краснеет."
"Столько лет я захлебывалась в оскорблениях Олега, а теперь меня считают интересной. Желанной, не побоюсь этого слова! Глядя на Марка, я начинаю верить в поцелуи.
Расправив грациозно стать, вышагиваю к дивану, усаживаюсь. Марку, кажется, пришлась по вкусу заданная мной игра, правда не знаю, насколько хватит его терпения. Он не спорит, а галантно скрывается из гостиной. Хозяйничает на кухне, чем-то гремит.
Возвращается Лютольф уже без пиджака и галстука… Рубашка расстегнута на три пуговицы. В руках серебристый поднос. Сверху, как и обещал стаканы с водой. А еще клубника и запотевшая бутылка шампанского.
Марк оставляет угощения на журнальном столике и садится близко ко мне.
Откидывает руку на спинку дивана.
— Ох и не успокаиваешься ты, Марк Яковлевич, продолжаешь гнуть свою линию…
Кивнув на предложенное шампанское, с укоризной взираю на Марка.
— А вдруг передумаешь?
— Владеть искусством очарования у тебя получается в совершенстве и без помощи игристых напитков. Умеешь разжигать пламя в женских душонках.
— Может, ты и права. Вот только есть среди них единственная, чье сердце растопить сложно. Непробиваемая.
Лютольф ненавязчиво перебирает волосы на моей голове и смотрит.
Неотрывно. Пожирающе. В гостиной воцарятся тишина. Томная. Предвестница чего-то горячего, импульсивного настолько, что я начинаю ощущать редкие, но сладостные вибрации по телу.
От этого мне вдруг становится страшно. Как от огня я отстраняюсь от Марка, притворяюсь, что очень захотела попить. Освобождаюсь из цепких рук адвоката и тянусь за стаканом.
— Что-то не так, Анастасия?
Лютольф замечает мои колебания.
