Присутствие их величеств лишило меня возможности принять его светлость с той теплотой, которую он заслуживал.
– Позвольте поздравить вас с днем рождения, ваше высочество, – взгляд герцога тронул меня до слёз. – Подарок – самый лучший аранакский скакун – уже стоит в королевской конюшне.
Он разговаривал со мной как с принцессой, а мне было жаль, что он уже не может обратиться ко мне как прежде – «дитя мое».
– Благодарю вас, ваша светлость! Искренне рада видеть вас во дворце. Но почему Вивьен не приехала вместе с вами? Она здорова?
Герцог торопливо кивнул, но почему-то оглянулся на супругу.
И именно герцогиня ответила мне:
– У Вивьен всё в порядке, ваше высочество! Она немного простудилась, и мы подумали, что столь долгий путь в карете не пойдет ей на пользу. Но она просила передать вам поздравление и наилучшие пожелания. Она сожалеет, что не смогла сделать это лично. Но она приедет в Лиму в самом начале следующего бального сезона.
–И она не передала мне даже письма?
Поверить в это было трудно. Ви непременно написала бы мне хоть несколько строчек.
Значит, либо болезнь сестры была серьезнее, чем говорила герцогиня, либо…
В коридоре раздался шум, а у нас в гостиной, напротив, установилась тишина.
– Я требую, чтобы меня пропустили к ее высочеству!
Я слишком хорошо знала этот голос, чтобы ошибиться! И прежде, чем меня остановили, я метнулась к дверям и распахнула их.
Два стражника тащили Вивьен по коридору. А она упиралась изо всех сил.
– Отпустите ее! – выкрикнула я и пошла в их сторону. – Как вы смеете так обращаться с ее светлостью?
Стражники застыли, ожидая приказа от короля, который вышел в коридор вслед за мной.
А он отчего-то медлил, молчал. Как молчали и Аранакские, дочь которых так бесцеремонно пытались выпроводить из дворца.
– Они обманывают тебя, Лэйни! – выкрикнула Вивьен. – Они все обманывают тебя!
39. Полночь
Я растерянно оглянулась на отца. Обманывают? Кто? Зачем?
Ви дернулась, но стража держала ее достаточно крепко."
"- Разве вы не слышали, что сказала ее высочество? – резко спросил король.
– Отпустите девушку!
Через секунду Вивьен уже рыдала у меня на плече.
- Ваше величество, простите нашу дочь! – я впервые видела такой испуг на лице герцогини Аранакской. – Мы немедленно уведем Вивьен отсюда. Она не понимает, что говорит.
Но сестра вцепилась в меня, а я обняла ее – я не намерена была позволять герцогине снова нас разлучить.
– Давайте вернемся в гостиную, – сказал его величество. – Ни к чему устраивать спектакль для слуг.
