Мазуров приоткрыл и тут же захлопнул свой обшарпанный саквояж, будто прочитал мои мысли. Ольга Николаевна окликнула меня из приемной, и я вышла из ее кабинета, но оставила дверь открытой, чтобы Людмила видела, что там происходит. Впрочем, ей было вовсе не до техника, занятого ремонтом мебели. Она беседовала с заказчицей весьма преклонного возраста, хотя назвать ее старухой язык у меня не повернулся бы.
– Милочка, я принесла журнал, хочу вам показать, какого фасона платье я хотела бы у вас пошить.
– Клиентка достала из сумки изрядно потрепанный «глянец». – Надеюсь, у вас найдутся нужные лекала?
– Не беспокойтесь, мы снимем с вас мерки и сделаем новые выкройки, – с трудом сдерживая улыбку, ответила Людмила. – А какая у вас ткань?
– Конечно же, натуральная, милочка! Креп-жоржет.
– Пойдемте, – вновь поторопила меня Корнилова. Уже в лифте она сказала: – Я заметила, что вас заинтересовала эта бабушка? Это наша постоянная клиентка. Мы уже к ней привыкли – и к ее запросам, и к ее капризам.
– Чувствуется, бабуля еще та модница, – заметила я.
– Меня больше удивляет не это, а то, откуда она берет свои отрезы. Столяровская приносит ткани, которых уже давно нет в продаже. Можно подумать, она запаслась ими еще в советские времена на всю оставшуюся жизнь. А жить Столяровская собирается еще очень долго, а главное – красиво. В прошлый раз мы сшили ей практически точную копию платья, в котором Мэрил Стрип шла по красной ковровой дорожке за своим очередным Оскаром!
– Да, забавная старушка.
Интересно, сколько же ей лет?
– Думаю, уже под восемьдесят. Даровал же бог здоровье!
Мы вышли из лифта и направились в «Пальмиру». Бережковской на месте не оказалось. Администратор объяснила нам, что она появится в салоне только после обеда.
– Ну как же я об этом забыла! – всплеснула руками Корнилова. – Наташа мне вчера сказала, что сегодня утром она поедет в налоговую инспекцию. Знаете, Татьяна Александровна, я больше не могу томиться этой неизвестностью! Расскажите мне наконец, на кого пали ваши подозрения?
– Ольга Николаевна, давайте отложим этот разговор хотя бы до конца дня.
– А что это изменит?"
"– Мне надо кое-куда съездить и кое-что уточнить.
– Вы говорите загадками… Извините. – Корнилова ответила на звонок мобильника. А я отошла в сторонку, чтобы не мешать ее разговору. – Да, Александр Ильич, я вас слушаю. Так… Нет, я сегодня не планирую никуда уезжать. Хорошо.
