Недавно у нее день рождения был, так мы ей курьера с цветами послали, а он обратно с букетом вернулся. Соседи ему сказали, что Кашинцева переехала. На звонки она не отвечает, наверное, симку поменяла.
– Да, похоже, там все серьезно.
– Вероятно. Ну что, ты поела? Готова посмотреть мои фотки?
– Давай!
Фотограф протянул мне произведения своего искусства. Я почему-то думала, что на них будут девочки в купальниках или вообще в неглиже, но все модели были одеты, правда, достаточно экстравагантно. Парики кислотных цветов, стеганые бушлаты в цветочек, костюмы наизнанку, золотые и серебристые кеды на платформах и шпильках – за этим ярким прикидом я не разглядела лиц моделей, но тем не менее похвалила Кузьмина.
– Твои фотографии могут получиться еще лучше, – пообещал он.
– Я не поняла, ты что, вербуешь меня в поредевшие ряды моделей? – рассмеялась я.
– Нет, я просто хочу с тобой поработать. У тебя очень интересное лицо, особенно когда ты злишься.
– А когда я злилась? Что-то не припомню!
– Было дело! Я подмечаю любые изменения в твоем настроении.
Это – часть моей профессии. Не хочу показаться банальным, но в тебе есть какая-то загадка, и мне чертовски хочется передать это на фотографии.
– Ну, не знаю, пока что я к этому не готова. Слушай, Илья, я вот хотела у тебя спросить…
– Спрашивай. – Кузьмин заинтересованно подался вперед.
– Ты случайно не знаешь, у кого из здешних работников синий «Фиат Добло»?
– А в чем дело?
– Какой-то нахал на этом авто меня сегодня на парковке подрезал, – придумала я на ходу.
– «Фиат Добло», говоришь, синего цвета? Что-то я не припомню, чтобы у кого-нибудь из наших была такая машина. Наверное, это кто-то из клиентов. Он твой «Ситроен» задел?
– Нет, я успела увернуться.
– Мне теперь и самому уже интересно, что это за хам. – Илья осуждающе покачал головой.
Общение с фотографом из «Метагалактики» оказалось не слишком информативным. Илья лишь подтвердил, что Маша съехала с улицы Тургенева. Напрасно я надеялась, что она оставила кому-нибудь в модельном агентстве свои новые координаты.
Кашинцева этого не сделала, поскольку ни с кем не водила там дружбу. А ее приятель с синим «Фиатом Добло» так и остался инкогнито.
– Знаешь, мне пора в офис, – сказала я.
– Таня, не уходи! Давай еще пообщаемся. Я уверен, что без тебя работа в ателье не остановится.
– Не остановится, но тем не менее мне пора возвращаться на свое рабочее место.
– Ну, тогда и я пойду в фотостудию.
Мы вышли из кафетерия. Кузьмин свернул налево, а я направо.
