Женя накрывает меня своим горячим телом, жадно впиваясь в мой рот с привкусом его спермы. Мы долго и умопомрачительно целуемся, а когда губы начинают гореть и саднить, отрываемся, чтобы сделать по глотку свежего воздуха.
— Пришла твоя очередь получать удовольствие, Мышка. Будет непростительной ошибкой улететь домой, не «осквернив» вдоль и поперёк это райское местечко… Люблю тебя…
— И я тебя люблю… Очень-преочень…
Глава 41. Мышка и ещё одна Мышка
Евгений
Полгода спустя…
— Добрый вечер, Евгений Дмитриевич, — в холле встречает меня Наталья.
Ангел, а не женщина. Работает у нас вместо няни, заботится о Яне с сыном, да и по дому часто помогает. — Давайте мне пальто, нужно его почистить от снега и посушить. Мы можем накрывать стол к ужину?
— Через минут десять, — глянув на наручные часы, снимаю с шеи шарф и отправляю его на вешалку. — Друзья сейчас подъедут. Я переоденусь и спущусь. Яна где?
— В гостиной. С Тимом игрушки для ёлки перебирают.
— Её уже доставили?
— Даже установили. Видели бы вы эмоции Тимыча.
Это было что-то с чем-то, — смеётся она.
— Отлично. Пойду и я вдохновлюсь предновогодней атмосферой.
— Чемоданы для поездки я упаковала. Когда вас встречать обратно?
— Какие чемоданы? — задерживаюсь, чтобы прояснить вопрос. — Я лечу на несколько дней всего-то.
— Яна хочет полететь с вами. Только я вам ничего не говорила, — тяжело вздохнув, встряхивает пальто от снега и цепляет его на плечики.
— Куда лететь? — находясь в недоумении, смотрю на Наталью. — В Германию? Да у неё роды на носу.
— А я о чем? Не слушает. Боится, что родит без вас. И я её понимаю, конечно, но это же риск. Помню, как она переживала за Вику, когда сестра Тима рожала. Это был сложный день. Не отходила от неё до самого конца. Боится, что сама не справится.
— Ладно. Я попробую убедить её в обратном. Вели накрывать на стол.
К гостиной подхожу тихо. Останавливаюсь в дверном проеме, облокачиваюсь о косяк и несколько секунд стою так, молча наблюдая за тем, как моя любимая женщина вместе с сыном украшают живую ёлку.
Какая же она всё-таки красивая, моя Мышка. Даже прилично округлившийся живот совсем не портит её фигуру, наоборот, подчёркивает хрупкость и женственность.
Перевожу взгляд на полную грудь, оцениваю прогиб в пояснице и попу, задерживаюсь на соблазнительной улыбке и всё… Чувствую, как меня мгновенно накрывает желанием. Стоит вспомнить какой-нибудь эротический момент из наших жарких ночей, и кровь махом уходит в пах.
— Женя? — наконец, замечает меня.
