Он никогда не пил столько, сколько выпил за последние сутки, но сейчас в этом он видел единственное спасение. Он хотел не думать о Ксюше, и водка помогала ему отвлечься от действительности."
"В дверь позвонили, и он, шатаясь, пошёл открывать. В помутневшем сознании мелькнуло было, что вернулась Ксюша, но, когда открыл дверь, разочарованно убедился, что это не она. Кристина удивлённо посмотрела на него.
— Ни фига себе ты напился!
Она оттолкнула его и вошла в коридор.
— Что тебе от меня надо? — грубо спросил Артём.
— Ты милый!
Артём нахмурился.
— Мы это обсуждали.
— Сейчас всё изменилось. Ты же опять один!
Мама уже всё выложила, — усмехнувшись, произнёс он и, шатаясь, пошёл на кухню.
Кристина пошла за ним.
— Хочу тебя огорчить, но для тебя ничего не изменилось, — не поворачиваясь, добавил молодой человек.
— Тёмочка, давай я утешу тебя! Со мной ты обо всём забудешь!
Она обвила руками его шею. Он засмеялся, а Кристина поспешно убрала руки и помахала ими перед своим лицом.
— Господи, как от тебя несёт перегаром!
— Не перегаром, милая, а свежаком! — горько улыбаясь, заметил он и, подойдя к столу, залпом выпил стопку.
Сморщившись, он поднёс рукав к носу, а потом с усмешкой сказал, взъерошивая волосы на голове:
— Крис, вот мне интересно, если бы я жил в маленькой квартирке с родителями, у меня совсем не было бы денег, ты тоже бы бегала ко мне и унижалась?
Девушка фыркнула и отвернулась, всем своим видом показывая, что не желает отвечать на подобные вопросы.
— Думаю, что нет! — заключил он.
Кристина пошла в коридор.
— Приеду завтра. Надеюсь, ты не будешь так пьян и с тобой можно будет нормально общаться.
Она ушла, хлопнув дверью, а Артём налил себе ещё стопку и снова выпил.
20 июня
Мы в жизни часто придумываем сами для себя правила и критерии, мы пытаемся упорядочить границы дозволенного, но жизнь с её ураганом событий и переживаний, но любовь с её невероятной палитрой чувств сметают все устои и заставляют нас, сделав усилия над собой, писать новые правила и исключения для любимых людей…
Ксюша лежала на большой кровати в квартире Макса и чувствовала себя маленькой и беззащитной.
Убегая вчера из дома в Вырице, она наивно полагала, что убежит от воспоминаний, причиняющих боль, но они последовали за ней. Они не были привязаны к месту, они были переплетены с её душой.
Раздался звонок в дверь, и она, еле заставив себя встать с кровати, пошла её открывать.
— Почему ты не готова? Мы договорились подать сегодня документы в универ. Я всё взяла.
