— Прямиком из темных копей Деймоса, — Аристарх с опаской покосился на Фёдора, который неожиданно то ли что-то прорычал, то ли просто громко прокашлялся.
Димка с удивлением смотрел на содержимое шкатулки. Там на вышитой золотом бархатной подушечке лежал невзрачный перстень с большим черным камнем. Димке на какой-то миг показалось, что чернота в камне движется и переливается едва заметными бликами."
"— Такие есть только у великих князей, ваше сиятельство. Не буду говорить, как мне удалось его заполучить и чего мне это стоило.
Я предполагал, что вы с Дмитрием Андреевичем соблаговолите ко мне заглянуть. — И тут он перешёл на вкрадчивый шёпот. — Я приберег их для богатейших семей империи.
— Их? — медленно переспросила Светлана Николаевна, поднимая пристальный взгляд на управляющего. — Я ведь не ослышалась, Аристарх?
Владелец магазина мгновенно стушевался и замолчал, наигранно опустив глаза в пол. Графиня в нетерпении постучала костяшками пальцев по столу.
— Сколько их у вас, Аристарх?
Выдержав драматическую паузу, управляющий выдавил из себя:
— Два, ваше сиятельство.
Но один уже отложен для другого покупателя.
— Позвольте-ка, я угадаю, Аристарх Виссарионович. Не зря же вы вставили словечко про богатейшие семейства. Неужели Меркуловы? — В голосе графини прозвучали ледяные нотки.
Управляющий смиренно опустил глаза вниз и едва заметно кивнул.
— Сколько стоит этот перстень?
— Десять карат, ваше сиятельство, — прокашлявшись прохрипел Аристарх.
— Я заплачу вам пятьдесят за оба.
И это моё первое и последнее предложение.
— Н-но, ваше сиятельство… Моя репутация… — начал мямлить владелец магазина. — Да и граф Меркулов, он же меня раздавит, как комара, вы же сами понимаете.
Графиня с минуту задумчиво помолчала, потом продолжила холодным и не предвещавшим ничего хорошего тоном:
— Аристарх, позвольте мне вам рассказать одну очень давнюю историю. Так сказать, освежить в вашей памяти дела давно минувших дней. Однажды я очень сильно заболела.
Дела были совсем плохи. Одним словом, я была при смерти. А у одного знаменитого торговца именно в это время по слухам объявилось ожерелье из Адамасии. Ожерелье, которое могло бы спасти мне жизнь.
Графиня Державина встала с кресла и непроизвольно сжала кулаки. Её глаза сверкнули гневом.
— А когда мой муж примчался к этому торговцу, чтобы купить исцеляющий артефакт, тот начал клясться, что никакого ожерелья у него в и в помине не было.
