Кстати, человек Меркулова руководил группой, отправленной на поимку этого негодяя. Ну и, конечно, как мне только что стало известно, преступник был ликвидирован при задержании, якобы оказав сопротивление. В итоге всё, в том числе и историю со знаком рода, свалят на него: придумают группу каких-нибудь анархистов, охотящуюся за членами совета и их семьями с целью подрыва существующего государственного строя…
— Ты же понимаешь, что он хотел его убить? — срывающимся шёпотом перебила отца Светлана Николаевна."
"— Светочка, это страшный человек, коварный и очень влиятельный.
Сдвинуть его фигуру с шахматной доски почти никому не под силу. Вступать с ним сейчас в прямое противостояние — это верное самоубийство. Но я приложу все усилия, использую всё своё влияние, чтобы обезопасить Дмитрия от дальнейших посягательств. Меркулов сейчас, я уверен, на время успокоится. Он сильно оступился на церемонии обретения знака. Сегодня было инициировано расследование этого инцидента, которое ведёт сама Наивысшая Канцелярия по Волшебному Дозору, НКВД — лица особо приближенные к императору.
— Да с него, как с гуся вода. Ты же сказал, что всё свалят на того погибшего негодяя. Расскажи, лучше, как нам Диму защитить?
— Мы его отправим в Аркстелл — на мой взгляд, лучшую в мире магическую школу. Тем более тамошний директор — мой старый знакомый, да к тому же ещё и очень могущественный волшебник, — с упоеньем прошептал Николай Александрович. — Ты же знаешь, что твой муж тоже там учился.
— Но она же очень далеко.
Мы с Димой будем видеться только летом и на Новый год, — с грустью ответила Светлана Николаевна.
— Южный берег Крыма — это не так уж и далеко, милая. А вот Меркулову туда будет не так просто дотянуться, да и не рискнёт он. Ему достоверно известно, что Гермес Христофорович, директор школы, очень дружен с императором, часто у него бывает и даже, поговаривают, является негласным лекарем императорской семьи. А наши столичные школы — это сборище лентяев и шарлатанов, которые только и умеют, что учить, как бы половчее пустить пыль в глаза, да затащить какую-нибудь особо впечатлительную девицу к себе в постель.
Как же я порой жалею, что отдал в одну из них твоего непутевого брата!
Вдруг послышался звук открываемой двери, и чей-то голос произнёс:
— Николай Александрович, можно вас на минутку? Только что прилетел ворон со срочным письмом на ваше имя.
— Да-да, я как раз его жду. Света, я сейчас. Это должно быть по поводу того мальчика.
