Они уже подходили к магазину, как вдруг позади раздался какой-то шум, и в тупичок быстрым шагом вошли двое: броско одетая женщина с пышной прической и запыхавшийся мужчина с козлиной бородкой и в смешном цилиндре."
"— А вот и он, — громким и торжественным голосом произнесла женщина, глядя на своего спутника, — скромный герой свежих передовиц всех столичных газет: граф Дмитрий Андреевич Державин, первый выживший после испытания Тёмным лесом, обладатель знака великого Мервена!
Женщина повернулась к Димке и, расплывшись в широкой улыбке, спросила:
— Дмитрий Андреевич, всем нашим зрителям не терпится узнать, в какую школу и на какой факультет вы собираетесь поступать?
Но тут вперёд вышла Светлана Николаевна и, натянув на лицо голливудскую улыбку, произнесла томным голосом:
— Петербургский оракул, я полагаю?
— Вы очень наблюдательны, ваше сиятельство.
Марина Ильинична Стародворцева, — представилась она с легким поклоном. — Ваш сын…
— Вы очень кстати, Мария Ильинична, — мягко прервала её графиня, продолжая натянуто улыбаться.
— Давайте выберем место поудобнее. Полагаю, вашим зрителям не очень приятно лицезреть голые кирпичные стены.
Репортерша хотела что-то возразить, но графиня бесцеремонно повернулась к ней спиной и вместе с сыном последовала к выходу из подворотни.
— Куда же будет поступать мальчик, отмеченный знаком великого Мервена? Как он смог выжить в Тёмном лесу? Узнаем ответы на все эти вопросы после небольшой рекламной паузы, — услышал Димка за своей спиной.
— Эта змеюка пытается выставить тебя в плохом свете, — быстро прошептала Димке мама.
— Специально ждала, пока мы зайдем в эту подворотню. Просто молчи и улыбайся. Говорить буду я.
Димка согласно кивнул. Они пошли к уличной веранде ближайшего кафе. Светлана Николаевна шепнула Фёдору, чтобы он с Витькой ждал их в магазине волшебных сладостей на другой стороне улицы. Репортерша всё больше мрачнела, что, по-видимому, доставляло графине огромное удовольствие.
Устроившись с сыном за специально выбранным двуместным столиком, Светлана Николаевна заказала у подоспевшей официантки кофе и только после этого подняла взгляд на репортершу.
— Ну что же вы стоите, Марина Ильинична. Берите стул и присаживайтесь. Вон там, за соседним столиком есть свободный, — небрежно-слащавым тоном произнесла графиня.
— Я, с вашего позволения, постою, — глядя сверху вниз на Светлану Николаевну, злорадно произнесла Стародворцева.
— Вы же вроде что-то спросить хотели? — продолжая улыбаться, промурлыкала графиня.
