– Пресвятая Богородица! Ты что, с ума сошла? Хочешь устроить у меня на голове пожар, да?
Дот принялась энергично дубасить руками по голове, пресекая в зародыше возможные искры пламени. Барбара же в это время, сидя на своем импровизированном стуле, только корчилась от смеха, даже слезы выступили на глазах. Но стоило моряку приблизиться к ним вплотную, и обе девушки моментально сделались серьезными. На всякий случай даже напустили на себя неприступный вид. В конце концов, они с ним не заигрывали! Никакого кокетства с их стороны… И наверное, зря, подумал каждый из троицы.
– Привет! – проговорил матрос густым баритоном, в котором отчетливо послышался прибалтийский акцент.
Барбара ответила на приветствие простым взмахом руки.
– Я в ваших краях впервые, – доверительно сообщил матрос. – Задержусь здесь на несколько дней. Не против, леди, если я приглашу вас в бар пропустить по стаканчику?
– Мы не употребляем спиртного! – с ходу отрезала Барбара и поспешно отвела глаза в сторону.
Отказ должен быть решительным и не вызывающим сомнений.
– Но хоть скажите, как вас зовут? – не унимался парень.
– Меня – Конни Френсис, а ее – Грейс Келли! – пошутила в ответ Дот, смерив молодого человека пристальным взглядом.
– Очень приятно познакомиться с вами! Конни! Грейс! А меня зовут Рудольф Нуриев.
А что? Парень с ходу вступил в игру! Совсем даже неплохо! Можно поупражняться в словесной пикировке еще немного.
– Как смотрите, девушки, если вместо бара я приглашу вас в кино?
Обе девушки спрыгнули со своих тумб и взялись за руки. Дот слегка откашлялась.
– Это очень любезно с вашей стороны, мистер Никаболлоков, но нам уже пора домой! Чай стынет!
Бросив незадачливого кавалера торчать на продуваемом всеми ветрами молу в гордом одиночестве, девушки стремглав понеслись прочь с пирса. И всю дорогу домой весело смеялись и дурашливо переспрашивали друг у друга:
– Так ты и в самом деле Грейс Келли, крошка?
– А ты кто?
Где-то спустя полчаса после того, как Дот вернулась домой, в парадную дверь позвонили.
Почему-то звонок прозвучал очень жалостливо, напомнив предсмертное жужжание пчелы.
– Иду-иду! – нараспев прокричала Дот, не поворачиваясь, чтобы взглянуть в сторону холла. Но про себя отметила, что с дверным звонком явно что-то не в порядке. Надо будет попросить отца, чтобы он покопался в нем.
