Я думал, мы начнем вместе искать подходящее жилье, строить планы на будущее и все такое. Но теперь вижу, что все это пустое. А с другой стороны, ты ведь моя жена, Дот! Мы с тобой женаты… Что автоматически означает, что нам долго предстоит жить вместе, под одной крышей… Возможно, до конца наших дней. Но я не хочу провести этот остаток моих дней с женщиной, которая не хочет быть со мной! Не хочу и не могу!
В комнате повисло короткое молчание. Обоим нужно было время, чтобы все обдумать и вникнуть в смысл того, что только что сказал Уолли.
– Как ты считаешь, Дот, я прав? Я говорю по справедливости?
Дот кивнула в ответ. Уолли более чем прав!
– Ну раз так, то вот тебе мой план, который я тут придумал. Вариантов у нас с тобой немного. Либо мы продолжим нашу семейную жизнь, как нормальная супружеская пара, либо распрощаемся и покончим с этой тягомотиной раз и навсегда. Но для того, чтобы мы с тобой смогли принять окончательное решение, надо, чтобы ты прежде всего разобралась сама с собой.
Дот почувствовала, как участился ее пульс. Неужели Уолли предлагает ей развод? Мысль о том, что она может стать «разведенкой», да плюс еще матерью-одиночкой, пугала. Что она будет делать? К кому обратится за помощью? Но вопрос в другом! А сможет ли она и дальше жить с мужчиной, которого не любит? С мужчиной, который вызывает у нее отвращение уже одним тем, что он – не Сол… Нет, не сможет! И тут Уолли прав! Он не виноват, что все случилось именно так, как случилось. И продолжать третировать его впредь будет просто несправедливо.
– Ну так вот! Вместо первого взноса на дом я потратил деньги на другое…
Дот бросила на него непонимающий взгляд. Зачем он ей это говорит? Какая ей разница, где и на что он потратил свои деньги? Ведь это же его деньги! Наверняка спустил в пабе на виски или проиграл на бегах, делая ставки у букмекеров. Ну и пусть! Собственный дом ничего не решит в их отношениях. И не изменит ситуацию. В этом она была уверена на все сто.
Уолли поднялся со стула, слегка потянулся и полез рукой во внутренний карман пиджака.
Черные матерчатые брюки тоже поползли вверх, плотно обхватив его костлявый таз. Уолли извлек из кармана белый конверт, который не был запечатан. Какое-то время он молча постукивал конвертом о ладонь другой руки, словно решая для себя уже в последний раз, отдавать или не отдавать конверт.
Наверняка в конверте все бумаги, необходимые для начала бракоразводного процесса, испугалась Дот.
