Потом представила его спящим: ровное дыхание, мерно вздымается и опускается грудь. Она извлекла подушку из-под головы и положила ее себе на грудь, потом обхватила подушку руками и крепко прижала к себе.
– Спокойной ночи, дорогой! – прошептала она, зарываясь лицом в пух. – Сладких тебе снов, мой самый красивый мужчина на свете!
Она долго не могла уснуть. Казалось, что сама кровь, которая бурлила в ее жилах, тоже напиталась той радостью, тем ощущением вселенского счастья, которое буквально распирало ее и гнало сон прочь.
Неслышно ступая шлепанцами по мягкому шерстяному ковру, которым был устлан пол в коридоре, Сол прошествовал к себе в спальню и плотно закрыл за собой дверь. Мельком глянул на инкрустированное бюро. На крохотных блюдцах из сплава олова лежали его запонки, жесткие прокладки из слоновой кости для воротничков. И снова он представил себе, как со временем рядом с его вещами на ночном столике или трюмо появятся украшения Кловер, ее драгоценности и духи. Верный знак того, что в комнате обитает супружеская пара и что эта пара живет в гармонии и счастье.
Он уселся на сравнительно твердый матрас и сбросил с ног кожаные шлепанцы. Шелковое покрывало, как всегда, соскользнуло вниз, явив взору накрахмаленные простыни из тончайшего египетского хлопка. Сол поднял ноги на кровать и блаженно вытянулся, потом потянулся рукой к ночнику, чтобы выключить свет и погрузиться в приятный ночной мрак, суливший крепкий и мгновенный сон. И тут взгляд его упал на конверт, который лежал между ночником и стаканом воды на серебряном подносе.
Большой конверт кремового цвета открылся с легкостью, что указывало на то, что он был заклеен совсем недавно. Сол извлек из конверта какую-то старого вида бумагу, судя по всему, документ, который был сложен вчетверо. Похож на старинную купчую, выцветшие от времени фиолетовые чернила, перьевая ручка и более свежие вкрапления, сделанные уже авторучкой. Он отложил бумагу в сторону, сосредоточив все свое внимание на плотном листе писчей бумаги нежно-голубого цвета, на котором было что-то написано зелеными чернилами.
Конечно же, письмо от мамы! Ведь она всегда любит писать только зелеными чернилами."
"«Сынок!
Я очень люблю тебя, и меня, как ты понимаешь, в первую очередь интересует только твое благо. Хотя, наверное, для вас с папой это и не всегда представляется очевидным. Твое упрямство и категорическое нежелание образумиться, посмотреть на все происходящее трезвым взглядом не оставляет мне иного выбора.
