Джентльмен спустился по лестнице, и мисс Чаллонер увидела, что он уже далеко не молод, из-под тяжелых век на нее глянули необычайно проницательные глаза. В глубине этих темно-серых глаз таился какой-то циничный отблеск.
Мисс Чаллонер, будучи девушкой смышленой, догадалась, что это какая-то важная персона. Хозяин изогнулся в глубоком поклоне, едва не коснувшись носом сапога незнакомца, каждое движение которого выдавало в нем вельможу, привыкшего повелевать.
Важная персона неспешно приблизилась к мисс Чаллонер, презрев подобострастные пируэты хозяина.
Проницательные глаза настойчиво изучали лицо Мери. Незнакомец сказал по-английски:
— У вас, похоже, возникли затруднения, сударыня. Позвольте спросить, не могу ли я чем-нибудь помочь.
Мисс Чаллонер с достоинством присела в реверансе.
— Благодарю вас, сэр. Мне всего лишь требуется ночлег, но, думаю, я не должна вас беспокоить.
— Эта просьба не выглядит чрезмерной, — удивился элегантный незнакомец. — Полагаю, вы сообщите мне, что мешает вам провести ночь под этим гостеприимным кровом.
Его спокойный и властный вид вызвал невольную улыбку у склонной к иронии мисс Чаллонер.
— Осмелюсь повторить, сэр, что вы очень добры, но прошу вас не беспокоиться.
Его холодный взгляд выражал скуку и безразличие, от которого Мери стало не по себе. Что-то в этом человеке было удивительно знакомым.
— Дитя мое, ваша щепетильность хотя и вызывает уважение, тем не менее совершенно излишня. Полагаю, я гожусь вам в деды.
Мисс Чаллонер слегка покраснела и ответила, глядя ему прямо в глаза:
— Прошу прощения, сэр.
Но моя щепетильность, сэр, вызвана лишь тем, что мне не хочется выглядеть развязной особой, привыкшей докучать незнакомцам.
— Весьма похвально, — усмехнулся надменный джентльмен. — А теперь не будете ли вы так любезны сообщить мне, почему эта добрая женщина не считает возможным предоставить вам комнату?
— Вряд ли ее можно порицать за это, сэр, — честно сказала мисс Чаллонер. — Со мной нет ни горничной, ни багажа, и я прибыла в дилижансе. Я нахожусь в крайне неловком положении, и с моей стороны было очень глупо надеяться на гостеприимство этих господ.
— Боюсь, я не в силах возместить вам потерю багажа, но комнату могу вам предоставить немедленно.
— Я была бы вам очень благодарна, сэр.
Англичанин повернулся к хозяину, который скромно ждал, пока на него обратят внимание.
— Ваша глупость, мой дорогой Буассон, весьма прискорбна, — сурово заметил элегантный джентльмен. — Проводите даму в хорошую комнату.
