К тому же он прав — это слишком дерзкое поведение для младшего члена рода, которое может иметь последствия.
Впрочем, последствий я не боюсь. Прекрасно знаю, что дед ничего мне не сделает — он точно не станет второй раз изгонять меня или даже ссылать куда-нибудь, учитывая обстановку. Лишить титула наследника тоже не сможет, у него просто нет других подходящих кандидатов.
Да и мой последний аргумент слегка отрезвил его. Да, действительно, среди гвардейцев рода вполне могут быть шпионы врага. А вот мои гвардейцы на сто процентов чисты.
Я набирал их ещё тогда, когда был изгоем, кукловоду просто не было смысла засылать ко мне своих людей.
— Ладно. На этот раз я с тобой соглашусь. Позвони своим людям, пусть сразу же доложат, когда она доберётся до места! — недовольно говорит Григорий Михайлович.
— Конечно, ваше сиятельство, — кланяюсь я.
— Поехали. Остальные ждут нас в ресторане, — бурчит князь и первым выходит из комнаты.
Я решаю не звонить, просто пишу Виктору сообщение: «Мама едет к вам с одним из наших.
Напиши, когда встретишь».
Вик почти сразу перезванивает:
— Александр, я не понял. Зачем Анна Григорьевна едет сюда?
— Ей так захотелось, — уклончиво отвечаю я.
Несколько секунд из трубки раздаётся только молчание, а потом Виктор выдыхает:
— Ты серьёзно? Твою ма-ать… Я правильно понимаю, да? Наш больной, он… не чужой человек для тебя, да?
— Да, — коротко отвечаю я.
Смысл скрывать? Виктор и так уже наверняка что-то подозревает, он не дурак. Поступок Анны и правда о многом говорит.
К тому же Оксана уже тоже знает. Я думаю, что довольно скоро тайна в любом случае выплывет наружу.
— Александр, я буду молчать, — обещает Вик.
— Спасибо. Я знаю, что тебе можно доверять.
— Когда Анна Григорьевна приедет, я сообщу. Отправлю пару человек ей навстречу. До связи, — говорит Виктор.
Скоро мы с князем отправляемся в ресторан. Григорий Михайлович выглядит угрюмым и ведёт с кем-то деловой разговор по телефону. Говорит долго — мы уже почти подъезжаем, когда он кладёт трубку.
— Ваше сиятельство, я прошу прощения, — говорю я, ловя его взгляд.
— За что? — бурчит он.
— За то, что смею вам дерзить. Надеюсь, вы понимаете, что я в любом случае отношусь к вам с уважением, просто вынужден отстаивать свою позицию.
— Понимаю, — чуть помедлив, говорят князь и усмехается. — Если бы ты был более покладистым, то вряд ли стал бы моим наследником.
Глубоко киваю в ответ, и тут машина останавливается. Охранник открывает для нас дверь, и мы выходим.
