Мы направляемся к лавочке. Я сажусь рядом с Галиной, а она едва ли реагирует на моё появление. Подняв глаза, чуть не вздрагивает и спрашивает:
— Александр, это вы?
— Да. Рад знакомству, Галина Альбертовна. Мне жаль, что оно состоялось при таких обстоятельствах.
— Вы можете объяснить, что происходит? — вновь опуская глаза, глухо спрашивает она.
— Мама, мама, смотри! Я нашла шишку! — одна из девочек подбегает к нам и суёт Галине в руку еловую шишку.
— Какая красивая, — улыбается та. — Можешь найти ещё одну?
— Ты даже не посмотрела! Посмотри! — настаивает девочка.
— Я посмотрела. Очень красивая.
— Нет, ты не посмотрела! — топнув ножкой, восклицает девочка.
— Ира, иди играть. Маме нужно поговорить с дядей, — Даниил забирает шишку и настойчиво ведёт девочку обратно на площадку.
— У вас чудесные дочки, — говорю я, вдруг понимая, что они мои двоюродные сёстры.
— Вы можете рассказать, что происходит? — спрашивает Галина. — Я прочитала, что это вы убили Сергея, как и моего отца, — перебирая пальцами, тихо добавляет она.
Даниил, отправив дочь кататься на горке, возвращается к нам и внимательно слушает, что я говорю, но не вмешивается.
— Это ложь, я никого не убивал, — отвечаю я. — Если вкратце, то дело обстоит так: я отправился в Рязань, чтобы помочь решить конфликт между родами моего клана и вашего. Ваш брат Сергей помогал мне с этим. Когда он прилетел, мы провели переговоры и подписали соглашение. Я вернулся в Москву, а когда приземлился, то узнал о взрыве.
Ваш отец пригласил меня, чтобы обсудить это, но скончался во время разговора.
— Почему мой отец пригласил именно вас? Почему не князя Грозина? — посмотрев на меня, спрашивает Галина.
— Я наследник рода, и имею право вести подобные переговоры. Слушайте дальше: Виктория пыталась обвинить меня в убийстве, но не смогла ничего доказать. Есть основания думать, что на самом деле это она убила и вашего брата, и вашего отца. Теперь, поскольку она носит вашу фамилию, то может попробовать объявить себя княгиней.
Это будет катастрофа для обоих родов, потому что у Виктории есть желание уничтожить меня и мою мать.
— Почему?
— Причины есть, но я не могу сказать. Эта информация слишком опасна, — отвечаю я.
Всхлипнув, Галина достаёт из кармана шубки белый платок и вытирает слёзы. Смяв платок в руках, она спрашивает:
— Дайте угадаю. Вы хотите, чтобы я заявила своё право на власть?
— Именно так.
