Уж признать, что для Этана все это пытка, Даг просто обязан. – Я чувствовал, как колотится его сердце. Мне казалось, что у него сейчас случится сердечный приступ.
Когда у Этана сорвался голос на последних словах, не могу, у Брэма защемило сердце.
Даг обхватил его затылок и с силой тряхнул.
– Тише, а то разбудишь его. Ему нужно поспать.
Брэм наклонил голову, принимая это прикосновение.
– При обычных обстоятельствах я бы не стал мириться с таким поведением, Брэм, и тебе это известно. Однако я понимаю, что ты извелся.
– Пальцы Дага до боли сжали шею Брэма, чтобы подчеркнуть слова.
Даг прав, Даг всегда прав. Брэм повторял это как мантру. Нужно избавиться от гнева и вспомнить, что он делает свою работу. Работу, которую хотел. Ему повезло, что альфа выбрал его для реабилитации этого дикого кота.
Даг продолжал говорить:
– Этот парень прожил кугуаром восемь лет. После такого срока мысль о том, чтобы снова стать человеком, пугает и сбивает с толку. По крайней мере мне так говорили. Я же тщательно изучал это явление, помнишь? Я отлично знаю, что делаю.
И я не обязан объяснять тебе свои действия.
– Да, – сказал Брэм, терпя хватку Дага, пытаясь не противиться боли.
– Конечно, ты чувствуешь его ужас. Я тоже чувствую. Но через пару дней, когда кот привыкнет к человеческой форме, страх пойдет на убыль. Я говорил тебе, что нам потребуются время и терпение. – Пальцы альфы пережали нервы, и Брэм еще сильнее ссутулился.
– Да. – Ему хотелось, чтобы Даг убралруку. Даже несмотря на то что он жаждал прикосновений своего альфы, любая боль вызывала у него отвращение.
– У тебя ведь оно есть? Терпение, Брэм?
– У меня есть терпение, – подтвердил он.
Именно этого ответа ждал Даг, к тому же это было правдой.
– Прости, Даг. – Но только когда Брэм задрожал, Даг отпустил его. Брэм изо всех сил держался, чтобы не передернуться. Безжалостные пальцы напомнили ему о наказаниях, назначаемых Габриэлем, когда он был подростком, они всегда начинались с шейного захвата, и шли по нарастающей.
Однако сейчас дело не в Брэме. А в Этане. Если бы Дагу это было интересно, он объяснил бы, что проблема не в терпении. Просто чертовски трудно чувствовать, чуять страх Этана.
– Я не думал, что он меня испугается, – объяснил Брэм. – Прости, что не подготовился лучше."
"– Я тебя предупреждал. Надо было слушать меня. И делать, как я говорю. Ты обязан подчиняться, и если ты не сможешь контролировать себя и эти вспышки, я тебя отошлю.
– Да. Прости.
