– Не думай сейчас об этом! Мне есть куда пойти!
К Феликсу или в отель? Вот в чём вопрос!
– Ладно, целуйте меня, и идите! – добреет, ласково прижимает к себе Злату.
– Мы ещё навестим! – обещаю я, проводя пальцем по его переносице. – А то мы наспех забыли даже фруктов купить! С поезда сразу сюда!
– Лучше в следующий раз удавку принеси! Не могу, башка раскалывается! – ворчит вдогонку.
– Зачем такие сложности? – улыбаюсь с любовью. – Сейчас заплачу медсестре, тебе ядику в пюрешку сыпанут!
– Добрейшей души человек! – лениво машет.
– Вали!
* * *– Мы с дочкой едем в отель! – оглашаю свой выбор, когда мы заходим в больничный кафетерий. Иду к свободному столику, занимаю место, протираю устало глаза.
– Почему?? Он что-то сказал? – сердито вопрошает Громов. – Меня во всём обвинил, да? И ты поверила?
– Если не ты, то кто? – швыряю ему в лицо, пока Юрий со Златой обходят все витрины и решают чем полакомиться.
– Я не знаю… но не я! Возможно, Наталья руку приложила! А может и злопыхатели! Все уверены, что Молчанский оставил бизнес сыну, а не дочке! Вот и привет передали! – багровеет мужчина, испепеляя меня праведным возмущением.
– Я не виновен! – стучит телефоном по столу и на нас оборачиваются другие посетители. Поджимаю губы, громкой сцены нам только не хватало.
– Почему я должна тебе верить, Феликс?? – задаю животрепещущий вопрос, хоть и болезненная тема, но прям напрашивается. – Когда-то и я говорила тебе, что невиновна! Возможно, ты и стёр тот день из памяти! – напоминаю со злой иронией. – Но я хорошо его помню! Всю ту боль, что ты причинил…
– Я не… – как загнанный зверь в ловушке, задыхается, смотрит умоляюще, чтобы не добивала.
– Чёрт!!! – он вскидывает руки, порывается подсесть ближе, потом также резко опускает их на колени, отворачивается, снова двигается ко мне, неуловимый шёпот дрожащих губ. Ничего не могу разобрать. Свои ощущения перехлёстывают его. Всё собралось в груди. Давит, колет, жжёт. Валом смешивая все чувства в неопознанную массу.
– Неприятно слышать это, да? – ставлю перед собой на стол свою сумку, чтобы прикрыться, и незаметно массирую пальцами грудь.
Мне совершенно не нравится, как реагирует сердце. Слишком уж заходится, сильнее, чем раньше. Скоро от него одни крошки останутся. – А пережить это намного хуже, чем ты думаешь… муженёк! – это даже не яд и не желчь, я не знаю что из меня выходит. Но я жажду избавиться хоть от одной капли. Освободить нутро от гадости.
Феликс всё же приближается, приходится убрать руку от сердца.
