Сидела, как на иголках, всё время казалось, сейчас откроется дверь нашего купе СВ и во всей гневной красе предстанет Громов. Спасибо Юрию, накрутил, так накрутил. Мерещилось, что бывший муж гонится следом, сейчас как подрежет поезд, как ворвётся с мачете в руках. Гладила Златку, что на планшете смотрела мультик и мысленно выставляла барьеры. К нам не подобраться. Не дам.
Не представляю, как это выглядело со стороны, может и глупо, но я намеренно делила своё пространство с Кириллом, подпуская всё ближе и ближе. Дала себе команду «Надо» и привыкала, для начала физически.
Мозг-то давно принял новые условия, а вот моя женская составляющая пока бунтовала. Абрамов это чувствовал и придерживался разумного предела прикосновений на сегодняшний день. Он хотел. Это плескалось в его глазах. Его руки вскользь проходили по моей спине, задевали поясницу, иногда возвращались к шее, расчёсывали пальцами мой хвостик. Я позволяла, но мужчине хотелось большего. Его глаза были примагничены к моему лицу, губам, следили за дыханием.
Я же в это время выстраивала в себе готовность идти до конца и разбирала по кирпичику непроницаемую стену. Между нами возникло хрупкое притяжение, уже не дружеское, зарождалось поистине нужное мне состояние вдохновения и надежды. Лёгкая пульсация в груди, что вот оно… спасение. Всего лишь нужно поверить, раскрыться и перестать бояться.
Я всегда была повёрнута к Кириллу спиной. Знала, что могу облокотиться, от копчика до макушки ощущала опору. Но только так. Сейчас же я поворачиваюсь к нему лицом и хочу показать то, что всё это время охраняла – внутренний мир.
Я стремлюсь найти с этим человеком осознанное второе дыхание. Одна беда, всё по приказу.
Дома мы все выдыхаем. Златка несётся в свою комнату раскладывать игрушки, что подарил ей дядя Костя. А мы с Кириллом остаёмся в моей спальне одни. Он приваливает чемодан к кровати.
– Сама распакуешься? – ползёт его дыхание по затылку.
– Если скажу нет, будешь разбирать мои трусы-носки? – выходит немного нервно, шутка сбивается, когда на мою руку ложится тяжёлая и сильная мужская.
Медленно забирает из пальцев пакет и кладёт на комод.
– Я готов сделать всё, что ты попросишь… – его широкая ладонь накрывает область поверх моей груди, надавливает, вынуждая меня прижаться спиной к мужскому телу. – Только попроси…
От тяжёлого дыхания моя грудь часто вздымается, прямо под рукой Кирилла. Мы вот-вот переступим грань. Прикрываю веки. Гоню всё прочь. Любые мысли, что могут помешать. Сравнительные воспоминания.
