– Таких как я, не сажают, Стас. Скорее, твоего отца отправят участковым в какую-нибудь богом забытую деревушку, за полярным кругом, лет на сто, чем позволят посадить меня. Подумай над моими словами. И ещё… Ольга была права, будет намного лучше, если ты, Стас, вернёшься к ребятам.
В этот момент, через толпу зевак, уже полукругом окруживших их, протиснулись четверо вышибал клуба. И тот, кто у них был старшим, взгляну на Гиора и мгновенно оценив ситуацию, подошел к нему и учтиво произнес:
– Прошу прощения, уважаемый, но я вынужден просить Вас покинуть это заведение.
И по открытым ртам, и изумленным взглядам остальных троих, все присутствующие поняли, что только что произошло что-то, совсем уж из ряда вон выходящее.
– Я уже ухожу, уважаемый. – Сделав паузу, ответил Гиор, не желая обострять ситуацию.
Достал из кармана портмоне, выбрал сто долларовую купюру и положив ее на барную стойку, придавил нетронутым стаканом с соком, одновременно подмигнув бармену. Затем повернувшись к Ольге он спокойно заметил:
– Я мог бы подвезти тебя домой.
Нам всё-таки не мешало бы поговорить.
– Я выйду через минуту. – Глядя в глаза Гиору, коротко ответила Ольга.
Гиор развернулся, и в сопровождении четырех охранников клуба, направился прямо к выходу. Когда он скрылся за дверью, Ольга, из миловидной девушки, тут же превратившись в ощетинившуюся пантеру, набросилась на Стаса:
– Стас ты идиот? Ты уже не двадцатилетний юнец, и прежде чем что-то сделать, мог бы сначала подумать…Ты хоть понимаешь, что ОН мог убить тебя двумя пальцами? Как ты думаешь кто ОН? Молчи… Я скажу.
Он тот, кто положил человек двести там, в Турции, освобождая нас. Он тот, с кем генералы ФСБ здороваются за ручку. И последнее, ОН тот, КТО мне нравится. А теперь, Стас, будет действительно лучше, если ты вернешься к ребятам. – И не говоря больше ни слова быстрым шагом направилась к выходу.
Когда Ольга вышла, Гиор сидел в своем Patrolе, уже с заведенным двигателем, не отрывая взгляда от входа в клуб. Как только он увидел в дверях Ольгу, он тронулся с места, и не успела Ольга подойти к краю тротуара, остановился прямо перед ней.
Вышел из машины, обойдя ее, открыл правую дверь, и учтиво подставив левую руку взглянул на Ольгу. Та, опершись на его руку, со словами: ""Не перестаешь меня удивлять ""Акела""."", уселась на сиденье. Гиор закрыл дверь, пробормотав: ""Толи еще будет."", обойдя машину, сел за руль. И тронувшись с места спросил:
– Куда ехать?
– По Ломоносовскому выезжаем на Ленинский, дальше я покажу.
