Первое время он шел по тайге ходко, криками и руганью подгоняя рыхлого, быстро потеющего Кныша, и Башкира, который при последнем задержании получил пулю в бедро, и с тех пор заметно прихрамывал. Но потом Митруха тоже стал сдавать, подвели сердце и легкие…
Избушке Митруха обрадовался не меньше, чем его приятели, но проявил большую осторожность. Окружавшие избушку заросли были настолько густыми, что способны были укрыть булыжную мостовую, а не то, чтобы тропку, протоптанную человеком. И с чего они взяли, что избушка нежилая? Только потому, что в окне не хватает стекол? Но их могли по разным причинам на время выставить.
К примеру, потому, что печная труба засорилась, дым повалил не наружу, а вовнутрь… Правда, в этом случае дверь открывают настежь…
Так размышлял тертый жизнью Митруха, видевший подвох в любых подарках судьбы. До открытия сезона промысловой охоты оставалось меньше месяца, и почему бы здесь не объявиться охотнику, пожелавшему добраться до зимовья по воде, пока не замерзла река? С тем же успехом избушка могла оказаться жилищем староверов.
Подобные ему уединенные поселения до сих пор встречаются в глухой тайге.
И когда беглые бандиты заметили человека, который спускался по каменистому горному склону к избушке, Митруха решил, что был прав в своих подозрениях, и не позволил своим подельникам рисковать головой. Таежники – люди бывалые, с оружием не расстаются…"
"Бандиты настороженно наблюдали за незнакомцем. В сгущающихся сумерках они не могли разглядеть его лица, но заметили главное: человек шел с поклажей за спиной, значит, будет, чем поживиться.
К тому же, он был чуть выше среднего роста, худощав, без огнестрельного оружия, и вряд ли сумел бы оказать серьезное сопротивление. Когда он вышел на поляну перед избушкой, то трава укрыла его с головой, и лишь по колыханию листьев и метелок соцветий, бандиты определили, что он движется к избушке.
Кныш нетерпеливо заегозил на месте, но Митруха сердито сверкнул глазами, и показал ему кулак.
Вполне могло оказаться, что человек не один. Странное сооружение за его спиной смахивало на рюкзак, и где гарантия, что через четверть часа на эту поляну не вывалит горластая ватага туристов. С другой стороны человек двигался как-то странно, постоянно останавливался, это тоже было заметно по соцветиям, которые прекращали покачиваться и на время замирали. Однажды бандитам почудилось нечто, похожее на детский плач, но беглецы не придали этому значения.
