И старался поспевать к ужину. Правда, вечером снова уезжал на завод, но поздно ночью возвращался. Теперь они встречались чаще. Морозов продолжал вести себя скованно, и разговаривал с ней почти официально и старательно не смотрел в глаза, даже когда благодарил ее за Катю. Конечно, он очень испугался за дочь, когда увидел рядом с ней врача, и кровь на полу. Потребовал объяснений, и пришел в ярость, узнав, что его дочь искусала собака соседей. Конечно, он переволновался, накричал на Костю, и весь вечер провел с Катей в ее комнате.
Неизвестно, о чем он разговаривал с дочерью, но после этого постучался в детскую, очень быстро отбарабанил слова благодарности и вежливо справился, болит ли у Лизы рука.
– Сейчас не болит, – в том же тоне ответила Лиза. – Кате досталось гораздо больше. Жаль, что я не успела!
– Я пристрелю эту собаку! – процедил сквозь зубы Виталий. – Я это так не оставлю!
– Собаке тоже досталось, – заметила Лиза. – Надо разобраться с мальчишкой! Тринадцать всего, а уже большой негодяй.
– Это само собой! – согласился Виталий и бросил взгляд на часы.
– Извините, мне надо позвонить. Встретимся за ужином.
Но за ужином они перекинулись парой слов, не больше. Теща не сводила с них глаз, возможно, о чем-то догадывалась, но, скорее всего, боялась, что между ними теперь завяжутся более теплые отношения. Старуха не знала, что ее опасения напрасны. Виталий был в смятении, когда пришел в детскую, но это его не оправдывало. Впервые за долгое время они встретились с глазу на глаз, и он не счел нужным хотя бы намекнуть, что вспоминает о том, что случилось полмесяца назад.
Он не нашел даже пары теплых слов, которые говорят в подобных случаях. Втайне, полагаясь на его порядочность, Лиза, ждала их, но не дождалась. Она сумела скрыть обиду и не подала виду, что это имеет для нее какое-то значение. Но после ухода Виталия некоторое время стояла, тупо уставившись в одну точку. Все может простить женщина: унижение, измену, дурной поступок, так уж она устроена, кроме одного, что ею пренебрегли в угоду общественному мнению.
Зоя, которая умела добывать любую информацию, на следующий день рассказывала, что у хозяина состоялся крупный разговор с Раисой Павловной, после которого она тут же отправила Ванечку к бабушке, а вскоре сама убралась по путевке в Арабские Эмираты.
Зоя по этому случаю злорадствовала, дескать, не помогли гадалки бедняге. Спустила деньги в трубу, осталось уповать, что на время отпуска польститься на нее какой-нибудь аравиец.
