Все бы ничего, но дама восседала на унитазе, держа в одной руке сигару, а в другой полуобглоданную куриную ножку. Что хотел сказать этим произведением художник? Может, я не способна по достоинству оценить современное искусство? А лестница… Ступеньки у нее стеклянные, перил нет, конструкция подвешена на золотых цепях, которые крепятся непонятно к чему. Я, пожалуй, сумею заставить себя один раз пройти по ней вверх, но, боюсь, вниз уже не спущусь. Неужели хозяева легко бегают по этому кошмару туда-сюда?
Чья-то рука схватила меня за плечо, я взвизгнула и обернулась:
– Вы кто?
Высокая, коротко стриженная женщина в красном платье приложила палец к губам, ее круглые, как у совы, глаза стали огромными.
– Тише. Меня зовут Ирина. А вас?
– Татьяна, – промямлила я, – Татьяна Сергеева.
– Очень приятно, – зашептала собеседница. – Хотите коньяку?
Я машинально отметила, что дамочка в молодости была симпатичной. Родинка над верхней губой придавала ей пикантность, легкая курносость не портила впечатления.
– Вы хотите коньяку! – решительно повторила уже в утвердительной форме Ирина и дернула меня за руку в сторону лестницы.
– Пошли!
Я посмотрела на прозрачное безумие и решительно отвергла ее предложение.
– Спасибо. Лучше я тут постою.
Ирина захихикала.
– Понимаю, я сама на второй этаж подняться не могу. Но вообще-то я предложила вам пройти на кухню. Это здесь.
Продолжая посмеиваться, женщина нажала на стену, та разъехалась в разные стороны, и открылась кухня, больше похожая на командный пункт космического корабля.
Если вы видели фильм «Звездные войны», то поймете, о чем я веду речь.
– Садись, – по-свойски велела Ира, указывая на странное, блестящее сооружение, напоминающее скорее тумбочку из нержавейки, чем табуретку.
С некоторой опаской я устроилась на жестком сиденье, а Ирина принялась доставать бутылки. Она вроде бы собиралась угостить меня коньяком, но, очутившись у бара, начисто забыла о своем предложении. Сначала она вытащила маленькую пузатую емкость и сделала глоток прямо из горлышка, затем выудила из шкафа квадратной формы графин и тоже приложилась к нему, потом настала очередь штофа, заполненного красной жидкостью.
– Ира! – гаркнула Вера Петровна, вбегая в кухню. – Немедленно иди в свою комнату!
Ирина вздрогнула и стала оправдываться:
– Ничего плохого я не делаю…
– Вижу, – сурово перебила ее хозяйка дома.
– Надо человека угостить…
– Уходи в спальню!
– Она попросила коньяк, – жалобно заныла Ира, – нельзя же отказать.
