И дальше что? То есть что мне это дает? Почему клиентка «Прикола» Вера Петровна сняла дом по паспорту местного дедушки?
– Скажите, бывший директор училища никогда не вспоминал про некую Ефремову? – перебила я рассказчика, который, пока я размышляла, продолжал ругать неблагодарную Гамавердию. – Может, племянница у него была? Или еще какая родственница по имени Вера Петровна?
– Одинокий он был совсем, – мрачно сказал старик. – На его поминках нас двое присутствовало – я и Клавдия Федотовна, соседка, что через дорогу жила.
Только мы к нему и заглядывали в последние годы. Ни про какую Веру Петровну я не слыхал. Бориса Гурьевича все бросили!
– А где сейчас Клавдия Федотовна?
– Умерла в прошлом году. – Собеседник поежился. – Наверное, и мне скоро туда. Две жизни никто не скрипит. Только я отсюда не съеду, унесут ногами вперед. Пусть электричество отключают, я при свечке посижу, не нужна мне их двушка. Решено и подписано!
Так ничего и не узнав о Вере Петровне Ефремовой и не продвинувшись в своем расследовании ни на йоту, я, с трудом отделавшись от слишком общительного старика, села в маршрутное такси и добралась до метро.
И там, не спускаясь под землю, вытащила мобильный.
– Бюро всех услуг на проводе, – как обычно шутейно откликнулся Коробков. – Опять Маврикия Пафнутьевна беспокоит? Дама, вы навязчивы! Тариф «Настырный».
– Помоги в последний раз! – заныла я. – Разве трудно? Такому асу, как ты, стоит пальцами щелкнуть – и готово дело.
– Эх, дураки мы, мужики, – отозвался парень.
– Скока нас, лыцарей, на ржавый крючок лести напоролисся! Ну, лопочи, хитрая моя, че нада…
– Все о Вере Петровне Ефремовой.
– Год рождения?
– Понятия не имею. Думаю, промежуток между тысяча девятьсот пятьдесят пятым и шестидесятым годом.
– Ну ваще! Таких я кучу отыщу.
– Она москвичка.
– С постоянной регистрацией?
– Не знаю, – растерялась я.
– Круто, как стринги со стразами! Хоть что-то еще о бабе сказать можешь?
– Э… э… она вроде психолог. Или психотерапевт.
– Угу.
– Много лет была замужем за владельцем банка Олегом Михайловичем Ефремовым.
– Заеду с этой стороны, жди. Оркестр играет гаммы, трубы гремят в унисон… Хм, а… нету у нас такого!
– Какого?
– Деньгохранилище столичное?
– Думаю, да.
– В Москве до хрена всяких мест, куда слетаются банкноты, я имею полный перечень. Умереть не встать, сколько их! Выделил владельцев, ползу по списку… Нетуть Олега Михайловича Ефремова… Наврал он жене, хотел круче казаться. А сам бутылки собирает.
