Кира и Леонид сами беседуют с теткой по поводу моей собственности – в этом они, как ни странно, единодушны и о ссорах забывают.
Так как я все равно не собираюсь жить в той квартире, они договариваются, что мои горе-родственники будут платить мне аренду.
Меня это устраивает. Мне нужны средства чтобы купить приданое моему малышу. Правда, почему-то страшно покупать заранее.
Я никогда не считала себя суеверной, но вот тут мне реально страшно.
Кира меня поддерживает, а Леонид ругает, просит хотя бы примерно выбрать то, что мне нравится, чтобы, когда малыш родился они бы сами все купили.
Слава возвращается домой недели через две. Мы с Кирой встречаем его.
Леонид, наоборот, собирается уезжать – ему нужно возвращаться к работе. Обещает приезжать ко мне, когда будет возможность. И настойчиво просит меня писать и звонить.
- Надя, я хотел узнать, почему ты не хочешь, чтобы я сообщил о тебе Товию? Он волнуется, переживает.
- Я… я сама ему позвоню, хорошо? – опускаю глаза, не знаю, что я скажу, но позвонить действительно нужно.
- Может, все-таки приедешь в Москву? У меня большая квартира и… помнишь, ту комнату, где ты жила? В ней можно сделать детскую. И на даче у меня места много, там будет хорошо маленькому.
- Мне пока лучше остаться тут, правда. Кира… Кира мне поможет. Мне будет проще рядом с ней.
- Да… поможет. Она… она хорошая.
- Неужели? – усмехаюсь, - То-то вы с ней все время в контрах.
Он усмехается в ответ.
- В контрах, есть немного. Ну…может быть еще найдем общий язык.
- Она вам нравится, да? – смотрю на него, надеясь, что ему не удастся меня провести.
Я заметила, как Леонид смотрит на Киру, особенно, когда думает, что его никто не видит! И, кстати, она тоже на него так поглядывает.
- Надюшка, ты меня женить что ли хочешь? Не получится. После твоей матери, я…
- Мама умерла. А вы живой. Не думаю, что она была бы счастлива, если бы вы…
Ловлю странное чувство. Когда-то я отказала матери в праве найти новую любовь, когда умер папа. А теперь я предлагаю отчиму, который когда-то занял его место, забыть о любви к моей маме.
Странная штука, жизнь. Но я думаю именно так. Мама была его большой любовью. Но мамы больше нет. Её уже очень давно нет! А он, Леонид…
Он прекрасный человек! И он достоин счастья.
И Кира. Она замечательная. Её есть за что любить.
- Воробушек ты воробушек, хочешь, чтобы все вокруг были счастливы?
- Не все. Только те, кто достоин.
Обнимаю его, прижимая голову к груди, чтобы скрыть внезапные слезы.
Не все достойны счастья.
