– Перепроверь факты, Мэдисон, потому что все выглядит так, что будем.
– В этом доме около трехсот комнат. – Она шла за мной по пятам, размахивая рукой."
"– Двенадцать, – поправил я, открывая ящик с часами. «Ролекс» или «Картье»? Правильный ответ – те, что легче, на случай, если снова придется обнимать Мэд за плечи. Я знал, что придется, хотя бы ради того, чтобы притвориться перед моим стариком, будто я от нее без ума, и прикосновения, к сожалению, являлись частью представления. Если, увидев Мэдисон, он будет хоть наполовину так же счастлив, как мама и Кэти, место на небесах мне обеспечено.
Боже, надеюсь, сегодня подают выпивку.
– Все еще достаточно, чтобы я могла спать отдельно. – Боковым зрением я заметил, как Мэдисон уперлась бедром в полки. Узкая талия. Широкие бедра. Вовсе не так непропорционально, как у семьи клонов из реалити-шоу. Она потрясающе женственная. Все в ней такое нежное, миниатюрное и округлое. Интересно, ценит ли это доктор Паинька?
– Почему два влюбленных голубка вроде нас должны спать в разных комнатах? – Я задвинул ящик и принялся раздеваться.
Уверен, Мэд в состоянии отвернуться, если моя частичная нагота каким-то образом ее оскорбит. Не то чтобы у меня было что-то, чего она раньше не видела. Вблизи.
– По множеству причин, – сказала она, затаив дыхание и щелкнув пальцами. – Целомудрие. Давай представим, что я берегу себя для брака.
– Дорогая, когда мы останавливались здесь на прошлое Рождество, ты воспевала свои песни в кладовой, джакузи, трех спальнях и у бассейна.
Твое целомудрие не вернуть даже с помощью карты, компаса и GPS.
– Они нас слышали? – глаза Мэд расширились, и она снова покраснела. Следует признать, румянец ей к лицу. У нее пухлые щечки и мягкая линия подбородка. Даже жаль, что она сумела обмануть меня, когда я отвлекся.
– Да, моя семья нас слышала. И жители Мэна тоже.
– Боже мой.
– Так-так, мы отпраздновали день рождения Иисуса, но всю грязную работу сделал я.
– Не помню, чтобы ты жаловался.
– Было бы немного затруднительно, учитывая, что мой рот располагался между твоих ног.
Она шлепнула меня по голой груди, затем развернулась и принялась расхаживать взад-вперед. Мэдисон сцепила пальцы за шеей, пока я продолжал раздеваться до трусов, старательно напрягая каждый мускул своего тела. Тщеславие мне не чуждо (по правде говоря, как и большинство других вещей).
– Я не собираюсь делить с тобой постель. – Мэд покачала головой. Остановилась. И указала на пол. – Добро пожаловать на коврик.
