Я пожала плечами.
– И все же это лучше, чем Х-Л-А-М-И-Д-И-Я.
– Я знаю, как это пишется. – Малыш высунул язык, заставив нас обоих недоверчиво посмотреть на него.
– Спасибо, за мной должок, – сказала я.
– Не за что.
Малыш теперь дергал Лайлу за волосы, выкрикивая имя своей матери.
– Земля вызывает Мученицу Мэдди, ты здесь? Я спросила, прочитал ли Свен тебе мое сообщение, – сказала Лайла, не обращая внимания на клубок суматохи в своих руках. Я ненавидела это прозвище. Еще мне не нравилось, как я продолжала оправдывать его тем, что никогда не отказывала людям, когда они просили об одолжении.
Первое доказательство: посещение моей липовой помолвки в Хэмптонсе в эти выходные.
– Ага. – Я изобразила веселую улыбку. – Прости, я задумалась. Он прочитал. Ты ненормальная.
– А ты выглядишь так, будто находишься в камере смертников.
– И чувствую себя так же.
– Мне жаль, милая. Понимаю, как это опустошительно, когда великолепный, хорошо воспитанный миллиардер увозит тебя на выходные в Хэмптонс, надев тебе на палец обручальное кольцо за четыреста пятьдесят тысяч баксов.
Но ты это переживешь.
Прошу занести в протокол, что это не я проводила расследование о стоимости кольца. Это все Лайла, вооружившись бутылкой вина (ладно, напитка «Солнце Капри»), в ту же минуту, когда Чейз покинул наш дом. Я вызвала ее на срочное совещание, во время которого она просматривала ювелирный раздел сайта Black & Co. и пришла к выводу, что это помолвочное кольцо выпущено ограниченным тиражом и больше не продается.
– Ты же понимаешь, что это значит. – Затем она поиграла бровями, налила рюмку водки в чашку и добавила в нее «Солнце Капри». Меня бы сразу вырубило.
– Да. Он хочет убедиться, что его семья считает помолвку настоящей. Вот и все.
Теперь я все же пыталась заглушить ее оптимизм доброй порцией реальности.
– Серьезно, я предпочитаю воспринимать это как похищение неверным, лживым, высокомерным куском де… – И тут я взглянула на ребенка с вытаращенными глазами, который замолчал, ожидая, пока я закончу предложение.
Я прочистила горло. – Деревенской овцы.
– Она сказала грубое слово. – Он указал на меня пухлым пальчиком.
– Нет, я сказала «овцы», – запротестовала я. У меня завязался спор с четырехлетним ребенком. Узнай об этом Итан, у него бы уже случился сердечный приступ.
– Ой. – Задумавшись, малыш выпятил нижнюю губу. – Я люблю овечек.
– Видимо, нам не нравится конкретно эта, Тимоти. – Лайла погладила его по головке. И прикрыла дверь на полдюйма.
