— С джентльменом всё будет в порядке, мадам?
— Да, — рассеянно ответила Меррит. — Должно быть.
— Я помогу присмотреть за ним, миледи, если понадобится. Однажды я ухаживала за своим отцом во время лихорадки, и знаю, как вести себя с больным человеком.
— Спасибо, Дженни. А пока, не могла бы ты подать чай в мою комнату?
— Сию минуту.
Меррит побрела в свою спальню. Огромная кровать была аккуратно застелена свежим постельным бельём, а покрывало идеально разглажено. Она глянула в зеркало в спальне, и отражение застигло её врасплох.
Её лицо покрывала сажа, глаза покраснели, волосы растрепались, а платье было испачкано. Поморщившись, Меррит вытащила из волос шпильки и положила их на туалетный столик.
Мысли разбегались в разные стороны. Казалось, голова работала в два раза быстрее обычного. Энергичными движениями Меррит расчесала волосы, скрутила простой пучок и закрепила его шпильками. Хотя она всё ещё оставалась в неведении, насколько серьёзно травмирован Кир, было ясно одно: ему потребуется серьёзный уход и отдых до полного выздоровления.
Если он останется у неё дома, разразится скандал. Может, получится отправить его в поместье Марсденов в Гэмпшире? Да. Место там безопасное и уединённое, и семья поможет. Идея принесла успокоение. Как только Гаррет разрешит, Меррит тут же отвезёт Кира к родителям.
Дженни принесла чай и помогла ей умыться и переодеться в чистое платье. Выпив вторую чашку, Меррит взглянула на часы на каминной полке. Прошло сорок пять минут с тех пор, как она оставила Кира на попечение Гаррет Гибсон.
Несомненно, этого времени вполне достаточно, чтобы закончить осмотр.
Она подошла к комнате для гостей и остановилась у закрытой двери. Доносившиеся голоса наполнили сердце Меррит радостью. Знакомый баритон звучал хрипло и его прерывали приступы кашля, но Кир находился в сознании и мог общаться.
Она нетерпеливо постучала в дверь одной костяшкой пальца, толкнула её и выглянула из-за края.
— Можно войти? — спросила Меррит.
Сидя у постели больного, Гаррет бросила на Меррит встревоженный взгляд.
— Да, на минуту.
Меррит переполняли радость, беспокойство и нетерпение. Она подошла к кровати. Кир полулежал на подушках, глядя на неё своими холодными светло-голубыми глазами. Несмотря на синяки и ссадины, он на удивление пребывал в хорошем состоянии, если учесть, через что ему пришлось пройти.
— Я так рада, что ты очнулся, — неровным голосом проговорила она.
Кир почему-то долго медлил.
