Подбежав к спальне, они увидели Кингстона, который приближался с другой стороны.
— Отец! — воскликнула Фиби.
— Здравствуй, дорогая, — любезно поприветствовал дочь герцог. — Я не знал, что ты приехала.
— Я не хотела прерывать твою встречу с поверенными.
— Мы только что закончили. — Кингстон потянулся к двери. — Что, чёрт возьми, происходит?
— Понятия не имею. — Меррит поспешила в комнату.
Кир сидел в постели и проклинал на чём свет стоит Калпеппера, пожилого камердинера герцога.
— Не смей больше ко мне подходить, проклятый старый пердун!
Сердце Меррит сжалось от волнения, когда она услышала свистящее дыхание Кира.
— В чём дело? — спросила она, быстро подходя к кровати.
— Меня освежевали, как зайца для тушения! — гневно воскликнул Кир, поворачиваясь к ней.
Меррит остолбенела при виде его чисто выбритого лица.
Боже милостивый. Он был невероятно красив. Под окладистой густой бородой скрывалось мужественное красивое лицо падшего ангела. Его черты были резкими, но элегантно утончёнными: высокие скулы, полные соблазнительные губы.
Меррит с трудом могла поверить, что переспала с этим ослепительным созданием.
— Мне сбрили бороду, пока я другал, — возмущённо сказал ей Кир, хватая Меррит за юбку, чтобы притянуть поближе к себе.
— Ты должен простить моего камердинера, — мягко проговорил герцог с невинным видом. — Я поручил ему немного освежить и привести тебя в порядок. Похоже, он предположил, что я имел в виду и бритьё. Не так ли, Калпеппер?
— Всё верно, ваша светлость, — покорно ответил старик.
— Калпеппер склонен к импульсивным поступкам, — продолжил Кингстон. — Ему нужно научиться сдерживать свои порывы.
Кир покраснел от возмущения.
— Он же не дерзкий малец, ему сто лет в обед!
— Можешь идти, — сказал герцог камердинеру.
— Да, ваша светлость.
Меррит сосредоточила всё своё внимание на Кире.
— Постарайся расслабиться и глубоко дышать, — склоняясь над ним, настоятельно проговорила она. — Пожалуйста. Посмотри на меня. — Глядя ему в глаза, она медленно вдохнула, показывая, как нужно дышать.
Его пристальный взгляд встретился с её, и он последовал примеру Меррит. К счастью, свистящая одышка стала проходить. Осмелев, она протянула руку и откинула густую прядь волос, упавшую ему на лоб. — Я очень сожалею по поводу бороды. Уверена, она скоро снова отрастёт.
— Дело в принципе, — проворчал он. — Я был не в себе и не знал, что происходит.
Меррит сочувственно цокнула языком, её рука на мгновение переместилась на его гладковыбритую щёку.
