Книга Дядя самых честных правил 5 — читать онлайн бесплатно полностью

— Не буду больше отвлекать вас, Марья Алексевна.

— Погоди, Костя, совсем забыла. Присядь.

Она перелистнула «Опыты» и нашла между страницами сложенный листок бумаги.

— Час назад привезли, пока ты свою рыжую выгуливал. Я просила знакомых разузнать о Еропкиных, на кой чёрт им бумаги по лошадям нужны были. Вот, прислали ответик.

Пробежав по письму глазами, она покачала головой.

— Про цену на лошадей, что Елизавета установила, слышал?

— Да. Полторы тысячи вроде бы.

— Хорошо осадила этих жуликов, давно пора было.

Только знакомые пишут, словно сговорились самые богатые конеторговцы. На остальных, кто помельче да пожиже, будто мор напал: один отравился, другой с лестницы упал и шею свернул, третий ещё зимой в проруби утонул. Лишь трое остались — Лепёшкины, Митрофановы и Дурыгины. Вся торговля лошадьми у них в руках сейчас.

Ты смотри! Прямо картельный сговор в лучших традициях организованной преступности.

— Пишут, — Марья Алексевна усмехнулась, — Дурыгин старший встречался с Еропкиным за неделю до того, как ты его убил.

О чём говорили, неизвестно, но догадаться невелика хитрость.

— Думаете, меня заказали конеторговцы?"

"— Ты главного не спросил. Под кем эти купцы ходят? Кому они половину дохода за защиту платят?

— Дайте угадаю. Голицын?

— В яблочко, Костя, в яблочко. Дурыгины точно. Лепёшкины и Митрофановы через вторые руки.

— Вот оно что. Я-то думал, он меня из-за дяди невзлюбил, а всё из-за денег. Как-то слишком меркантильно для князя из старинного рода.

Княгиня расхохоталась в голос.

— Костенька, да у нас половина дворянства такая. Это по молодости князь за личные обиды мстил бесплатно, а потом заматерел и без денег даже в кофий врагу не плюнет.

Отсмеявшись, Марья Алексевна промокнула глаза платочком и разом стала серьёзной.

— Сейчас у Голицыных большие проблемы. Елизавета по их лошадиному делу ударила, в Сибири у них неприятности с другими родами, сын князя промотал огромные суммы, отчего перед папенькой появляться боится. От этого они и имущество распродают, чтобы закрыть дыры.

Только ты не обольщайся: это временные трудности, у всех бывают. Князь — калач тёртый: здесь потерял, в другом месте возьмёт. У него при дворе огромные связи, многие роды его поддерживают, многие должны. Год-другой, глядишь, и восстановят капиталы.

Княгиня наклонилась в мою сторону и сбавила тон.

— Вот только тебе князь непокорство не простит. И за Василия Фёдоровича отыграется и за лошадей.

— Понимаю, Марья Алексевна, очень хорошо понимаю.