Последний, естественно, попытался цапнуть белую кисть чужестранки, но та вовремя отдернула пальцы.
Эльфийка издала поистине змеиное шипение, что-то вытащила из кармана своей просторной накидки, после чего сбросила ее на пол. Проследив движение соперницы, Ирридия вскочила из-за стола, легко поймала летящий в нее предмет и, уставившись на него, замерла рядом с креслом блондина.
– Только не это, – простонал тот. – Кор…
– Опа! – выдала эмпира, жестом призвав мужчину к молчанию. Она, едва сдерживая смех, смотрела на яркую рукавицу, нелепо украшенную переливающимися камешками и бордовой вышивкой.
– Слушай, крыска, а что-нибудь не розовое у тебя есть? Удивительно, что ты свое «чадо» в этот цвет не перекра…
– Защищайся, жердь сутулая! – рявкнула Кори-эль, оборвав ее пропитанную сарказмом речь. – Это вызов!
– Да ясно, что не щедрое подношение, – пробормотала Ирридия, оценивая обстановку.
– Девушки… – снова попытался вставить свое слово дракон, но его перебило на удивление слаженное «Не лезь!».
После чего ящер замолчал, прижав к себе сумку с недовольно пискнувшей крысой, брюнетка отступила, приняв обманчиво-расслабленную позу, а чародейка в розовом призвала на помощь свои магические способности, рассчитывая раз и навсегда избавить «золотце» от «вороны». С ладоней эльфийки к потолку потянулся черный дым, пронизанный разрядами крохотных молний. А на скатерть, опрокинув бутылку и канделябр, шмякнулась пресловутая варежка, только что сыгравшая роль традиционного символа всех поединков.
И как бы ни хотел Арэт (или другие зрители) остановить происходящее, вмешиваться в дуэль никто не имел права. Впрочем, другие как раз и не хотели. Другим такое зрелище вместо поднадоевшего концерта местной певички было очень даже интересно. Пусть и в ущерб ужину, который, судя по масштабам начинающейся драки, безопасней было отменить.
Сухонькая старушка в лиловом платье, мигом оценив обстановку, юркнула за барную стойку, откуда принялась хозяйским взглядом обозревать зал своего ресторана.
Трое опытных официантов, побросав подносы на ближайшие столы, последовали за ней, прихватив по пути парочку зазевавшихся новеньких. Пересчитав подопечных, владелица «Лилового фонаря» накрыла не арендованное блондином пространство «защитной сетью», заготовленной для таких случаев, создала смотровое окошечко в стойке, за которой пряталась, и жадно потерла костлявые руки, после чего выудила из кармашка заговоренный блокнот с самопишущим пером.
