Естественно, верная телохранительница последовала за ней, уловив краем глаза, как и очнувшийся от оцепенения дракон тоже поднимается со своего места и, прихватив перевязанную ленточкой коробку, кидается следом за беглянкой. – Ар, конечно, тот еще ловелас… был. Но сейчас ему нравишься ты, и это очевидно.
– Для кого очевидно? – Девушка замерла посреди комнаты, расплетая ненавистные косы, которые, по словам блондинистого ящера, ей так шли.
– Для всех, кроме тебя, видимо, – проворчала зор-зара.
– Ну да! И поэтому он пристает к каждой встречной? – Голос предательски дрогнул, испортив презрительный смешок.
– Пристает? – Красные глаза духа недоверчиво мигнули. – Это к кому же, позволь узнать, он пристал? Что-то мне не верится, чтобы Арэт начал стоить глазки официанткам, да еще и в твоем присутствии, – ехидно добавила Илоланта.
– Да зачем ему официантки?! Когда рядом я! – выпалив это, блондинка рванула с груди кулон и швырнула его на стол. В тот же миг ее масть сменилась и вместо ярко-синих глаз, в которых этот мерзкий ящер успел узреть звезды, на зор-зару взглянули желтые, обиженные и злые.
– Э-э-э? – Постучав когтем по виску, протянула киса. – Так ты взбесилась потому, что он приставал… к тебе? Очень оригинальный объект для ревности, угу.
– Лола! – уперев руки в бока, проговорила Ашка. – Хватит уже косить под дурочку. Все ты прекрасно понимаешь. Этот гад к Лейле приставал!
– Ну да, как же! – насмешливо хмыкнула собеседница.
– Это ты, милая, дурочка, если веришь, что Ар не знал, кому комплименты на ушко нашептывает.
– Что-о-о?! – Стянув с ноги сапог, девушка от души швырнула его в зор-зару. – Ты ему сказала?! Ты? Предательница!
– Я не говорила, – уклонившись от «снаряда», пискнула киса. – Он сам… ой… догадался, – отбивая лапой второй сапог, сообщила она. – Думаешь, он просто так эти твои лапти с секретом уволок?
– Не просто, значит? И ты знала?
– Предполагала, – такой ответ не успокоил разбушевавшуюся изобретательницу.
– Это почти то же самое! Ты все равно пр-р-редательница! – рявкнула она, осматриваясь в поисках других подходящих предметов.
– Почему это? – обиделась зор-зара.
– Потому что мне могла бы и сказать! Я бы не чувствовала себя сейчас такой… трижды дурой! Значит, про то, что я Лейла, он знал. И не говорил ничего, угу, – более спокойным тоном принялась рассуждать Ашель.
