Прикрывшись магическим щитом от чуткого слуха Каара, эльфийка провела с ней «доверительную» беседу на тему неразделенной любви «золотца» к некой фее Аделаиде, которая отвергла его много лет назад и которую он до сих пор не может забыть. А все прочие его пассии, включая и Ашку, и саму Кори-эль, – для древнего дракона лишь мимолетные увлечения, обычные для любого нормального мужчины. А пока остроухая благодетельница делилась со своей несчастной «подружкой» этой печальной историей, Кимиров зор-зар хитро щурился, поглядывая на них.
И у Ашель было ощущение, что эта скользкая бестия если и не слышит их разговор, то как минимум читает по губам и… радуется, змеюка! Интересно только чему? Наверное, именно поэтому Каар снова получил антимигреном по башке, когда полез с расспросами после ухода эльфийки.
– Ку-ку! – проскрежетало механическое чудо, реагируя на следующего визитера. – Мурр-р-р, – добавило оно, с ходу выдавая его личность.
В комнату ввалились Эмо и Лола. Скорчив умоляющие физиономии, вручили Ашке для починки сломавшуюся машинку для закручивания сигар и бесцеремонно плюхнулись на диванчик.
Причем пантера умудрилась расположиться так, что эльфу пришлось ютиться на самом краю. При этом длинный хвост его соседки то и дело лохматил и без того всклокоченные волосы парня.
– Каар, ты свободен! – заявила зор-зара. – Пост сдал, пост принял. Иди… ползи, в смысле, на свою территорию. Я вернулась.
– Позже, киса. Не видишь, что ли? Я сплю.
– Высшие зор-зары не спят.
– Это кошки заполошные не спят, а мы – с-с-с-змеи – любим подремать у камина.
– Угу, уши погреть на чужих разговорах, – фыркнула Илоланта.
– И языки почес-с-сать, – согласно прошипел ее собеседник и зевнул, как бы случайно показав ей раздвоенную ленту вышеназванного органа.
– Ашель, откуда такой шикарный букет? – воскликнул Эмилли-эль, решив прервать набирающую обороты пикировку двух вредных духов. – Готов поспорить, что это подарок от нашего общего знакомого!
– О да-а-а, Ар большой любитель широких жестов! – мгновенно среагировала на новую тему киса.
Ехидная ухмылочка на ее черной морде отчего-то задела Ашку.
«Вот так, значит, любитель жестов… не я первая, не я последняя получаю от него зимой редкие цветы! – едва не раздавив в пальцах хран-сферу с концентрированной магией, девушка вздохнула и, во избежание очередного взрыва, временно отложила работу. – О чем я думаю, дура! Ему пятьсот лет, а мне двадцать четыре… Я человек, а он дракон. До, после… все естественно и неизбежно.
