Сама знаешь, болтуны в их ремесле долго не живут, – проговорил Эмо и, приглушив голос, добавил: – Зато парочка торговцев, пока вон та курица их лавки опустошала, кое-что интересное нашептала про Лейлу. Надеюсь, Ар будет доволен. Он уже вернулся?
– Нету их! – ответила Илоланта.
– До сих пор? Куда они поехали-то?
– Как это куда? – Зор-зара состроила странную гримасу и подмигнула собеседнику, но тот слишком устал, чтобы понимать ее мимику. – Куда Арэт мог симпатичную девицу увезти?
– Мм, в деловую поездку?
– Если б в деловую, то взял бы и меня… в качестве телохранителя малявки.
А он не взя-а-а-ял! – с легкой толикой обиды протянула киса, а потом, снизив голос до шепота, добавила: – Так что это самое что ни на есть свидание, но… замаскированное под деловую поездку.
– Свидание? – Кори-эль даже отвлеклась на миг от содержимого пакетов, услышав заветное слово. – Какое свидание? У кого?"
"– Конечно же у нас с Эмо! – тут же нашлась Лола, получив по ментальной связи от друга укоризненное: «Опять вслух лишнее болтаешь».
– У нас… свидание, – повторила она с непробиваемой уверенностью и, стукнув приятеля по плечу, придвинулась к нему ближе.
– О, так вы пара? – восхитилась эльфийка, прижав к груди недовольно кряхтящего Тусика. – Экзотичненько! Никогда не слышала, чтобы эльфы и зор-зары…
– Достаточно, уважаемый магистр темной магии, – отрезал Эмо, даже не пытаясь отодвинуться от Илоланты. – Лекцию об эльфийских извращениях нам читать не надо.
После сегодняшней увеселительной прогулки по магазинам я и так верю, что вы знаете в них толк!
– Да я и не собиралась, – отчего-то смутилась блондинка, возвращаясь к прерванному занятию. – По-моему, это очень романтично и… грустно. Вы же из разных видов. А как же…
– Корделия, детка, – ласково промурлыкала зор-зара. – Когда есть настоящая любовь, разница видов лишь добавляет ей перца, – и пнула в бок подавившегося напитком Эмо, который странно закашлялся.
И кашель этот сильно смахивал на плохо замаскированный смех.
Где-то в горах Аки-Терри
– А тебе не кажется, что являться к даме с пустыми руками, да еще и отказывать ей в ее маленькой прихоти – это невероятная наглость, змееныш? – светским тоном поинтересовалась восседающая на резном кресле женщина. Ее высеченный из камня трон был практически единственным предметом обстановки в просторном помещении со множеством арок, завешенных синим бархатом.
