Парень, пошатываясь, подошел к ним и, прислонившись к стене, чтобы не упасть, сказал «невесте»:
– Не догнала?
– Смылся, гад, – делано-печально вздохнула пантера. – Это все из-за этих! – махнув лапой на визитеров, добавила она. – Так что с них выпивка! Много выпивки.
– И закуска, – согласно кивнул странный эльф… очень-очень странный. Но после знакомства с Корделией и Юми-эль Ашку странными эльфами было не удивить. А вот зор-зарами в импровизированной фате – вполне.
– Я готов даже свадебный подарок вам подарить, если заберете у меня эти пальто и шубы, – взмолился Кимир, который все это время с улыбкой наблюдал за представлением.
– О! – обрадовался черно-розовый парень. – Новенький! Ты друг или… – Его рука скользнула к кинжалу на поясе, и болотный дракон тут же с уверенностью заявил:"
"– Друг! Компаньон Арэта и Ашель.
– А имя у друга есть? – спросила зор-зара, помахав ему бантиком на длинном хвосте.
Пока они представлялись друг другу и обсуждали, что будут пить за знакомство, Ашка потянула Арэта за косу, вынуждая наклониться к ней, после чего приподнялась на цыпочки и, едва не касаясь губами его уха, страшным шепотом поинтересовалась:
– И кто из этой пьяни мой новый телохранитель?
Дракон на мгновение прикрыл глаза, чувствуя ее теплое дыхание на своей коже, а потом тихо усмехнулся и, повернувшись, вытащил девушку из обманчиво-надежного укрытия.
Прижав Ашку снова спиной к себе, мужчина кивнул в сторону довольно скалящейся кошки:
– Знакомься, Аша! Это Илоланта!
В комнате с настенной надписью «Клуб «Почетный холостяк» было настолько интересно, что Ашка напрочь забыла и о пережитом недавно страхе, и о своем желании лечь спать.
Обувать зимние сапоги ей не пришлось, так как у владельца заведения – того самого симпатичного мага, который назвал ее солнечной леди, нашлись мягкие тапочки маленького размера, которые принадлежали его знакомой фее, иногда навещавшей их теплую компанию. Уборкой при появлении гостей никто из стремительно трезвеющих хозяев не озаботился, а потому перевернутый стол так и валялся под окном кверху ножками.
Над ним болтался на одном крюке сорванный карниз. Сквозь голое стекло виднелось темно-синее небо, на котором красовалась растущая луна. Изодранные портьеры и тюль в компании изрядно потрепанной скатерти тлели в камине, а на паркете, источая едкий зеленоватый дымок, все еще светились линии замысловатой пентаграммы.
Друзья Арэта были еще любопытней, чем обстановка. А уж их «развлечения» и подавно.
