И еще меня занимал вопрос — действительно ли я начала соответствовать ожиданиям Брента, он ведь признался, что начал за мной ухаживать, еще и пожаловался, что я не понимаю намеков…
Томас был откровенен куда меньше. Можно было рискнуть, допросить его, пока он еще томился в наших застенках, и спросить у него — как его странный страх перестать быть «мужчиной» связан с тем, что «Таллия сама виновата». Не кастрировать же она его собиралась своим острым ножом?
«А вдруг», — нервно развеселилась я. Почему бы и нет, Таллия всюду таскала с собой этот нож, клала, например, в постель, а Томас ложился спать с содроганием, каждый раз опасаясь, что проснется от боли или вообще не проснется от шока, а просто истечет кровью.
Мотив был ничуть не хуже того, который предложил Брент…
Я решила, что пора в Академию. В пропасть Брента и все остальное. Я поднялась, и в этот момент дверь распахнулась.
На пороге стоял потерянный Стивен, и по его лицу я поняла, что случилось самое худшее.
— Вот ты где, — упавшим голосом сказал он.
— Тебе решили уже не звонить, потому что ты все равно не имеешь права совершать подобные процессуальные действия… Ее величество прислала Королевскую Гвардию. Сказать, что она недовольна — ничего не сказать.
— Значит, Томаса отпускают? — равнодушно проговорила я. — Это не потому, что мы плохо работаем, Джеймс, но…
— Я знаю, — и он улыбнулся. А я поняла внезапно, что его улыбка мне очень приятна. Что он не раздражает и не пугает меня так, как Брент. — Мы сработали великолепно. И ты молодец.
На твоем месте я бы не согласился возглавить расследование. Даже если бы просила сама королева. Вон, комиссар и тот сказался больным. А ты — я посмотрел на тебя совершенно иными глазами. Ты не просто умна, ты не просто прекрасный ученый. Ты человек, способный на редкий поступок. Если до сегодняшнего дня я мог бы сказать, что горжусь тем, что я твой коллега, то сейчас я скажу — я понял, что ты интересна мне больше, чем глава лаборатории.
Стивен продолжал улыбаться, и я улыбалась ему в ответ.
Потому что он тоже стал для меня не абстрактным следователем с особыми полномочиями, а тем, на кого я могла рассчитывать. Тем, кто мог подставить плечо, протянуть руку помощи."
"— Хочешь пригласить меня на свидание? — спросила я. Хорошо, что Стивен все понимает как надо. Никаких намеков, когда для всего есть человеческая речь. — Как ты относишься к велосипедам?
— Прекрасно! — просиял он. — Я лично предпочитаю горный. Но мы для начала можем поехать в природный парк.