— Я думаю надо начать с правды, — шепчет она, с такой тяжестью и болью в голосе, что моя рука, сжимающая её ладонь, непроизвольно напрягается. — Больше никакой лжи. Её в моей жизни было слишком много.
Я киваю и безмолвно следую за ней в сторону небольшой кофейни, готовый услышать все, чем она захочет поделиться.
Глава 36 — Агата
Еще никогда в жизни я так не нервничала. Все подробности моего “счастливого” брака знает только Ленка, да родители, которые с самого начала не одобряли мой выбор. “Агата, подумай хорошо, ты ведь его совсем не знаешь!”, “Агата, любящий человек никогда не подвергнет тебя опасности”.
Когда я приехала к ним в деревню посреди ночи вся в слезах и с трясущимися от страха руками, они без лишних слов завели меня в дом, прекрасно понимая, что случилось.
В тот вечер я возвращалась домой, совершенно позабыв про Артема. Мы не виделись уже много месяцев, так как он находился в бегах из-за долгов. И как всегда расплачиваться пришлось мне. Я едва успела переступить порог старенькой съемной квартиры, как меня схватили за руки и повалили на пол.
Я отчетливо помню едкий сигаретный запах, пробивающийся в легкие, и как страх сковал каждую мышцу в теле.
Я не могла вымолвить ни слова, пока бандиты в красках расписывали, что они со мной сделают, если не отдам долг Артема. Я помню треск рвущейся ткани и как слова рвались наружу, но так и остались стоять комом в горле. Как омерзительные прикосновения оставили след на моей шее, бедрах, а следом и на сердце. Чудом не случилось самого страшного, наверное, за это стоит благодарить моего ангела-хранителя, хотя тогда мне казалось, он позабыл о девушке по имени Агата.
В тот вечер моя жизнь кардинально изменилась. Я поняла, что чтобы спасти себя, человек пойдет на все. Предаст клятвы, обещания и слова любви. Выберет себя.
Прошлое несомненно закаляет. Делает сильнее, заставляет сердце закрыться не на один замок, но рана все равно не затягивается. Она продолжает кровоточить, словно яд от предательства, который не дает возможности исцелиться.
От прошлого невозможно избавиться, оно навечно останется с нами. Остается лишь принять ту часть своей жизни и постараться жить дальше, как бы не было трудно, а порой и страшно.
И сейчас, наблюдая за тем, как Матвей напряженно сжимает и разжимает ладонь, как безотрывно смотрит на меня в ожидании рассказа, я понимаю, что не жила. Делала жалкие попытки, но никогда не пыталась выбраться за рамки возведенных стен.
