Ни один из уродов ее не коснется.
Кроме меня самого, — усмехаюсь про себя.
Как у нее получается быть одновременно такой чувственной и в то же время отчаянно смелой? Не трясется, держит себя в руках. Побледнела, когда про ночевку в одной комнате услышала. Сейчас я прошу ее о невероятном. Хотеть меня напоказ. В ее широко распахнутых глазах плещется боль.
Давай, покажи, что ты хорошая актриса, девочка.
Мира облизывает губы и смотрит на мои. С вожделением. Крошка перехватывает инициативу и начинает свою игру.
Поверить не могу, что Айдарова меня уделывает так легко. Первой касается моих губ, вставая на цыпочки. Целует глубоко, страстно.
Сжимаю хрупкую красавицу в объятиях. Я в бешенстве на самого себя. На свою реакцию — вожделение в момент сметает все здравые мысли. Притягиваю девушку ближе, почти отрываю от пола. Чувствую дрожь в ее теле, когда перехватываю инициативу и глубоко погружаю язык ей в рот. Мира явно не ожидала такого развития событий. В нас обоих кипит ярость от этой игры. Ситуация отвратительна — целоваться на глазах у толпы.
Разыгрывать из себя влюбленных. Кипеть от ярости и в то же время желания, одновременно стараясь задушить мысли о том, насколько мягкие и нежные у Миры губы, с какой готовностью она отвечает на мои поцелуи. Бороться с желанием поверить, что все это по-настоящему.
Она дурманит как сильный наркотик. Никогда не испытывал ничего подобного. Может Депутат добавляет в вино для гостей какой-нибудь афродизиак?
На короткие мгновения мир перестает существовать.
Волнующий цветочный запах, исходящий от волос девушки, трепещущее тело, прижавшееся ко мне, вкус ее губ — ничего лучше в жизни не испытывал. Рот Миры такой теплый и сладкий, что на мгновение мелькает мысль, как бы хотелось весь вечер ласкать его своим языком. Не прерываясь. Пока не попросит о большем.
Усилием воли отстраняюсь. Напоминаю себе, что Таир все еще существует в одной с нами реальности и он мне брат. Я и Мира вместе — это путь в бездну. П
Легкий вздох, влажные подрагивающие губы… Девочка одурманена и разочарована.
Отступает на шаг и обхватывает себя руками.
Никогда не чувствовал себя настолько паршиво. Снова обнимаю ее. Не для себя. Для публики. Многие взгляды гостей направлены на нас.
— Ты умница.
— Достойна Оскара, да? — ее голос дрожит.
— Однозначно.
— Теперь мы можем попросить для меня комнату? Прямо сейчас? Я правда не могу больше…
***Мира
Голова кружится, каждая клетка моего тела дрожит после поцелуя.
